Парижская трагедия. Роман-аллюзия

Смотри, какая красотка! – Тибальт резким движением поднес бритву к щеке Гренгуара и, схватив за воротник плаща, притянул к себе. – Блестит! Нравится!?

– К сожалению, у меня аллергия на блестящие предметы, так что давай избежим моего близкого знакомства с ней, – поэт с ухмылкой, двумя пальцами отвел бритву от лица и, выдернув ворот своего плаща из рук маньяка, оттолкнул его, – но вы с ней замечательно смотритесь вместе. Я бы даже сказал:

Запечатлеть вас на портрете

Любой художник будет рад.

Прекрасней пары нет на свете

Бритва и наш психопат.

– Ты испортил мне всю ночь, поэт! – глаза убийцы налились кровью, губы искривились и его начало трясти. – Всю НОЧЬ!

– Брось ты. Ночью больше, ночью меньше. У тебя было сотни таких ночей и еще больше жертв. Сколько ты уже убил несчастных проституток? Две сотни, три, четыре…?

– Какое твое дело!? – яростный крик Тибальта сорвался на звонкий фальцет.

Гренгуар нарушил планы маньяка и тот потерял самообладание. Первый признак шизофрении – это эмоциональная непереносимость нарушения запланированного.

По сути, мы все шизофреники – кто-то больше, кто-то меньше. Но Тибальт просто впал в безумие.

– ЧТО ТЕБЕ ОТ МЕНЯ НУЖНО!? ПРОВАЛИВАЙ!

– По моим подсчетам, ты убиваешь за ночь в среднем одну-две проститутки. Ну, иногда и три, – спокойно, будто, не замечая взбешенного маньяка, продолжал поэт, взглянув на бездыханные тела. – Возьмем среднее значение – две. Итак, две проститутки за ночь, в неделю у тебя выходит около двух удачных ночей – это четыре проститутки в неделю, а это, примерно, двенадцать проституток в месяц.

Выходит, в год, ты убиваешь около ста сорока четырех женщин. И занимаешься этим уже почти десять лет. Сразу вычтем те дни, когда ты болел и примем во внимание то, что начало твоей деятельности в силу неопытности было не столь активным, и лишь в последние два года ты зачастил со своими жертвоприношениями, поэтому делим число на пять. И так, по моим подсчетам, я с уверенностью могу заявить, что на твоей бритве кровь около трехсот жертв за десять лет. Конечно на фоне погибших во время революции, это кажется не столь большим количеством и все же. Триста трупов для одного убийцы – впечатляет даже меня.

Тибальт скрипел зубами и, взглядом полной ненависти, смотрел на Гренгуара.

– Ты решил поразить меня цифрами? Или своим умением считать?

– Ни то, ни другое. Это ты меня поразил, – поэт пристально посмотрел в глаза-огоньки убийцы.