Лилит. Быть человеком

– Не знаю, Скотти, прибор немного барахлит, сам понимаешь, не пользовался им уже лет сто. Но андроид там точно есть, причем довольно новый, – буркнул Кент, самозабвенно долбя грязными пальцами по планшету.

– Ладно, отстроишь по пути, – закатив глаза, бросил Скотти, увлекая за собой Бобби. – Ну, что встали? Оружие на землю, вернетесь за ним позже.

Я понимала, что своим опрометчивым решением оставила в тоннеле далеко не самых искусных бойцов: при самом плохом исходе Габриэль, Алиса и дети едва ли смогут противостоять этим головорезам и их дружкам из гетто, но все равно согласно кивнула своим союзникам.

Мария неохотно положила свой пистолет под дерево, Гарри снял со спины арбалет и устроил его рядом.

– Ты тоже, красавчик, что смотришь? – злобно зыркнув на Марка, процедил сквозь зубы Скотти.

Марк, чертыхаясь, положил ствол в общую кучу.

– То-то же. Кстати, твоя цыпочка, или не твоя она, не важно, но, короче, она сказала, что нам еще пригодятся силы, и вы окажете нам услугу, доставив наше имущество до гетто.

Идем, котятки, в путь.

Мы облегченно переглянулись, но радость продлилась недолго.

– Козочка, а ты пойдешь вместе со мной, – в наигранном галантном жесте Скотти подставил мне свой локоть, намекая, что планирует торжественно пересечь ворота гетто вместе с такой красоткой, как я.

Я молча двинулась в его сторону, изобразив томную улыбку, напоследок прошептав своим союзникам «Ждите сигнала», уже видя тепловые контуры Селин и Нейта в дебрях леса в паре десятков метров от нас.

Только бы прибор не пришел в норму до нашего прихода к воротам гетто. Благо, мы с Марией успели довольно далеко забраться, и топать под руку с этим омерзительным кретином мне оставалось максимум минут тридцать.

Под проливным промозглым дождем Скотти не переставая трепался о том, какой он крутой, как он чуть ли не держит все гетто на коротком поводке, какая я дура, что якшаюсь с неудачниками и импотентами, не способными дать такой, как я, все самое лучшее. В красках описывал наше прекрасное будущее вместе, чуть ли не клялся в вечной любви и обязательствах сделать меня своей единственной, стоит мне только согласиться.

Я наивно закатывала глаза и хлопала ресницами, поддакивая, до ворот гетто оставалась уже буквально сотня метров, когда проклятый Кент, наконец, смог настроить визор, обернувшись в нашу сторону, ведомый скорее любопытством, чем расчетом, и застыл, переводя взгляд с меня на сумку в руках Гарри и Марка и обратно.