Лилит. Быть человеком

И все бы прошло гладко, если бы, поторапливаемый суетливой матерью Джейкоб не поскользнулся на камнях, рухнув на скалы и взвыв от боли.

– Сынок! – вскрикнула Алиса, бросившись к своему сыну.

Я быстро метнула свой взгляд на мальчика, запустив внутренние сканеры: закрытый перелом большеберцовой кости, на теле подростка заживет за пару недель. Но кому-то придется его нести всю дорогу до тоннеля… А значит – иного выхода нет.

– Твою ж мать, – выругался Марк, обреченно посмотрев мне в глаза.

Габриэль и Джессика застыли, боясь произнести хоть слово, Джейкоб продолжал тихо завывать, побелевшая, как простыня, Алиса, что есть сил прижимала своего сына к груди, умоляюще глядя на меня и главу клана.

Не нужно было обладать какой-то эмпатией или экстрасенсорными способностями, чтобы прочесть вину и обреченность в ее глазах.

Знаю, Алиса, знаю, выбора у меня теперь не осталось.

– Марк, послушай, – его встревоженный, полный терзающей все его сознание боли взгляд сбивал меня с толку, когда он, будто не выдержав обрушившегося груза ответственности и необъяснимой вины, положил свои горячие руки на мои плечи.

 – У Джейкоба закрытый перелом, ничего серьезного, правда. Когда окажетесь на безопасном расстоянии – наложите шину и не тревожьте конечность как минимум пару недель.

– Нет, Лилит, мы уйдем вместе. Никто с этими медицинскими манипуляциями лучше тебя не справится, – почти умоляюще прошептал Марк, дрожащей рукой заправив прядь волос мне за ухо.

Этот жест ломал мои системы и представления о нем, как о здравомыслящем, хладнокровном главе клана.

Я не понимала такого проявления человеческих чувств, его привязанность и нежелание смотреть горькой правде в глаза и вовсе были мне просто не объяснимы. Словно это был первый раз, когда ему пришлось дать мне возможность справиться со своими проблемами самой. Следующие за мной по пятам миротворцы и проклятый Преследователь – только моя вина и больше ничья.

– Ты же знаешь, что это невозможно, – я отпрянула от мужчины прежде, чем желание остаться и подвергнуть мою семью опасности победило бы здравый смысл.

 – Я уведу их в другую сторону от нашей тропы и, надеюсь, смогу спутать следы прежде…

Прежде, чем меня снова схватит Преследователь. И сколько бы раз мне не удавалось выскользнуть из его цепких лап, каждый раз я боялась, что этот – станет последним. И я уже никогда не вернусь к дорогим для меня людям. Всякий раз словно сама судьба мне благоволила.