Путь чернокнижника

Подай мне новое полотенце, этот жар невыносим.

Кемми принес влажное полотенце, которым заботливо обвязал голову своего божества.

Глава 23. Выбор будущего

Ксаверий почти восстановился, только по-прежнему страдал бессонницей. Сохранялась и его феноменальная устойчивость к спиртному. Сколько бы Ксаверий Варфоломеевич Синклер ни выпил, алкоголь абсолютно не воздействовал на его организм. Говорить Ксаверий уже мог, но голос так и остался низким и хриплым.

– Это все последствия перенесенных испытаний, – сказал Купер.

 – Голос потерян безвозвратно, а сон наладится. Вероятно, пропадет и ваша устойчивость к спиртосодержащим субстанциям, – засмеялся американский врач.

– Это меня уже не волнует.

– Хорошо, тогда пора выполнить ваше обещание, мистер Синклер, вы согласились поделиться своим опытом, если мы заберем из леса тела ваших коллег. Американская армия осуществила свою сторону договора, теперь ваша очередь исполнять обязательства. Здоровье ваше тоже вполне в порядке, так что нет никаких препятствий, чтобы приступить вам к работе.

– Да я и не отказываюсь. Только голосок у меня теперь не очень, каркаю, будто ворон.

– Ничего, наших сотрудников это не смутит.

– Тогда могу начать в любой день.

– Я согласую график ваших лекций с генералом.

Помещение кинотеатра военной базы отдали под проведение занятий. Установили доску. Ксаверий, облаченный в военную форму, поверх которой накинул медицинский халат, проводил занятия. В зал допускались только офицерские чины и авторитетные медики базы.

Сам генерал Эндрю Джейсон присутствовал на занятиях. Лекции человека, выдержавшего чудовищные пытки, выжившего в лесу, спасшего генерала и отыскавшего в лесных дебрях погибших товарищей, пользовались у обитателей военной базы огромным успехом. Его записывали на камеры, диктофоны, конспектировали в тетрадях. Ксаверий оказался прирожденным преподавателем, он увлеченно рассказывал, писал и рисовал на доске, демонстрировал химические опыты, проводимые с местными минералами и растениями. Хриплый голос лектора создавал почти мистическую атмосферу.

Дэвид Купер пожимал руку Ксаверию.

– Коллега, кто обучил вас всем этим подлинным таинствам? – с восторгом спросил Купер.

– Отец, а его – дед, а деда – прадед. Мы потомственные медики.

– Нет, вы не медики, вы волшебники, – прошептал Купер. – Это все выше медицины!

– Это знание природы. Она выше людей. Вот за ней и надо следовать.

– Чудесно! А вы, Ксавьер, чудеснейший человек.