Люся, которая всех бесила

У меня теперь упадок сил и, возможно, авитаминоз.

– Хорошо, дома поговорим, – решил Ветров, подумав. – Постарайтесь до вечера воздержаться от резких движений.

– Это вы сейчас что имели в виду? – ехидно уточнила она, озадаченная его «дома поговорим». Ох, Нина Петровна! Сдала крепость врагам! – Сейчас мои ребятки готовят публикацию о нехватке кадров в городском зоопарке. Это очень резко или терпимо? А потом у нас еще планируется материал о премьере в камерном театре. И – шок и трепет – обзор психологической совместимости ярил и лад.

Спойлер: абсолютно несовместимы. Даже не знаю, как я справлюсь со своими обязанностями без вашего мудрого совета.

– До вечера, Людмила… – он запнулся.

– Николаевна, – любезно подсказала она. – Но у нас так не принято. Мы же не всякие там госслужащие, чтобы тратить время на отчества. Нам зарплату за протирание штанов не платят.

Но трубка уже ответила ей гудками.

Люся пожала плечами и перевернулась в сторону окна.

Смеркалось.

Носов позвонил, когда она ползла по пробкам домой.

– Развлекаешься? – спросила Люся, нетерпеливо ерзая на долгом светофоре.

– Вовсю, – грустно подтвердил он. – Люсь, я от матери убитой. Тебе персональное спасибо за то, что привлекла внимание к этому делу. Показала человека, а не умертвие. И полный комплект проклятий от местных видовиков, потому что убийцы дали деру, прочитав твою статью. Если бы не журналистская халатность, их бы взяли тепленькими, говорят они. Если бы не журналистская хватка, вы бы вообще спустили все на тормозах, говорю им я.

Короче, нормальный рабочий процесс – каждый валит вину на другого.

– По крайней мере хоть дело возбудили.

– Эксперты обследовали стройку, нашли место убийства. Кровь, телесные жидкости. Все там, где русалка сказала.

– Быстро они. – Светофор наконец переключился, и Люся тронулась.

– Не поверишь – сам федеральный министр взял под контроль.

– Вот что значит – правильная подача материала, – покивала Люся. – А меня завалили разными письмами: жалеть умертвия все равно что жалеть педофилов, не все после своей смерти становятся русалками, а только самые злобные.

Ну и все в таком духе. Обещают отловить меня в подворотне и проткнуть осиновым колом. Можно подумать, хоть кто-то может заранее угадать, как отреагирует на увечья и смерть.

– Забей, – посоветовал Носов, – все равно эта шумиха скоро забудется и все вернется на круги своя. Как только доберусь до номера, накатаю материал.