Люся, которая всех бесила

Откинулся назад, кажется, в стремлении оказаться как можно дальше от Люси, и сухо спросил:

– И вы действительно думаете, что я собираюсь с вами разговаривать?

– Ну а почему бы нам с вами не поговорить? С вашим предшественником мы прекрасно сотрудничали. К слову, когда вы успели занять его место? Приказ уже подписан? Почему не было официального объявления?

– Вон, – коротко велел Ветров. – Не вынуждайте меня вызывать охрану. Это унизительно.

– Унизительно, – охотно согласилась Люся и улыбнулась еще шире, – когда силовики превышают свои полномочия и выставляют свободную прессу за порог из-за личных обид.

Не став с ней спорить, Ветров потянулся к коммуникатору на столе.

– Верочка? Пригласите ко мне охрану.

Люся не пошевелилась и задала новый вопрос:

– Разве человек с судимостью может занимать такой пост?

И снова не получила ответа. Ветров, демонстративно игнорируя ее, уставился в монитор.

В общем, было понятно, что сейчас из него и слова не вытянуть.

Но ведь впереди еще много интересного.

Люся встала, тяжело оперлась на трость, вежливо попрощалась и направилась к выходу. И вдруг вслед ей донеслось:

– И не вздумайте снова здесь появляться. Квакайте в другом месте. Ради бога, разве женщинам вашей породы не полагается мужу рубашки гладить?

Она замерла, не веря своим ушам. Откуда он вообще знает про ее вид?

Это было не просто хамство – это было за гранью всех мыслимых норм приличия. Никто и никогда не обсуждает вслух свои архаичные формы.

Разумеется, архи узнавали друг друга, особенно нижние верхних – медведей и волков, но говорить про это! И к тому же вот так, походя, с издевкой!

Нет, марены действительно мерзавцы, но мерзавцы проницательные. Многие из них все еще несли в себе колдовство, позабытое другими видами.

Значит, война.

Костика Носова, самого въедливого и язвительного из своих журналистов, Люся набрала из машины. Она мчалась в СИЗО, искренне надеясь, что туда еще не дошли новости о кадровых перестановках.

– Костя, вернулся наш мальчик-мажор, – сказала она, поправив гарнитуру.

– Какой из?.. – оживился Носов.

– Ветров-младший, сын бывшего губера. Два ДТП в состоянии алкогольного пятнадцать лет назад. Занял место Деда-Дуба, прикинь.

В ухе послышался возбужденный присвист.

Костик был кимором, то есть вздорным склочником, а Люся всегда уважала эти бесценные качества характера.