Ключ от стального сердца

Бесило его только то, что он дико потел в жару.

– Чего это ты? – спросил я.

– Да так, – Димон поправил очки. Помолчал и раскололся: – Ты уже знаешь, что наш бывший класс из шестнадцатой к нам переходит? Будет два класса, «А» и «Б».

– Нет, не знал. Нда-а-а…

Как, интересно, отнесется к этому мать. Вряд ли обрадуется. А мне пофиг.

– Ты помнишь Майку?

Я сначала не понял, о чем он говорит. Даже посмотрел на его футболку.

– Майю Ефимову.

– Да конечно! Еще бы! – я хохотнул и машинально потер ладонь у большого пальца, где у меня был шрам.

 – Уж я-то помню. Как там эта зубастая поживает?

– Хорошо. Она тоже переводится. Сегодня ее видел.

– Здесь?

– Да, они тут с классом практику отрабатывают.

– И? – заинтересовался я. – Че там у вас? Че за морд лица такой загадочный? Да ладно! Афигеть! Ты запал, бро?!

– А я и не отпадал, – Димон невесело усмехнулся, глядя вдаль. – Следил за ней в соцсетях, тайком, с маминого телефона. Каждый день думал, как бы увидеться. Вот, увиделся, называется.

Знаешь, Макс, когда девушка рада тебя видеть, что аж пищит, – это классно. Когда она называет тебя сладким пончиком и Винни-Пухом – это не классно, ничуть.

– Во… блин! – вырвалось у меня. – Фигово, братан. Сочувствую.

– Угу, это не то, что мне хотелось бы услышать. Макс, она… очень красивая.

– Помню, – я снова хмыкнул.

– Нет, не помнишь, – друг серьезно посмотрел на меня сквозь очки. Мороженое таяло в его руке и капало в воду. – Но это не главное. Она могла бы быть обычной, это ничего бы не поменяло.

Но… она… она – Майка… и она стала… взрослой.

Море было теплым. Димон с хохотом свалился в воду, обдав меня брызгами, а я так и не решился окунуться в теплый черноморский бульон. Не смог. Побоялся, что это как-то повредит мое последнее воспоминание о жизни, которая осталась на берегу Индийского океана.

Потом я рассказывал Димке о жизни в Таиланде. Марченко закидывал меня жадными вопросами. Его интересовали и приводили в восторг такие мелочи, что я терялся и понимал – я ведь многих крутецких вещей просто не замечал.

Димон в свою очередь рассказал о нашем классе. Не то чтобы это меня особо интересовало – честно говоря, мне было абсолютно пофиг, кто с кем дружит, воюет или… уже…? ого! Вливаться в коллектив одиннадцатого «А» (или «Б», если нас переформируют) я не собирался. Кроме Марта меня там особо никто не интересовал.

– Даже Юля? – Марченко ехидно прищурился.

Я пожал плечами. Точно.