#идикомне

Просто мы давно стоим с ней на разных берегах и видим жизнь каждая со своей точки и с высоты своего берега.

Посмотрела на свой телефон, с трудом вспомнив, когда последний раз она мне звонила. Кажется, это было в день моего заселения в общагу, то есть недели три назад. Мы поругались. Можно, конечно, позвонить самой, но существует риск нарваться. Не мне, а маме.

Может, написать смс-ку? Нет. Я уезжала из родного города с одним единственным настроем – больше никогда в него не вернуться. Пусть в него хоть ангелы спустятся, даровать всем бессмертие, я всё равно не пересеку его границы.

Вряд ли найдётся во всем мире хоть одна идиотка, которая, однажды вырвавшись из места, в котором терпела унижения и боль, добровольно вернется в него снова.

Потянулась к рюкзаку, чтобы закинуть в него пропуск и тетради. Едва потянула за молнию, как телефон издал протяжную вибрацию, свидетельствующую о входящем звонке.

«Мама» – светилось на экране.

Разве я отправляла запрос во Вселенную с требованием того, чтобы она мне позвонила? Это были лишь мысли, которые могли утонуть в потоке дня.

Но телефон разрывался мелкой вибрацией на подушке, вынуждая взять его в руку и с настороженностью ответить на звонок.

– Да? – бросила я сухо.

– Привет, доча, – мамин голос казался ровным, спокойным. Значит, она одна. – Как дела? Давно не общались.

– Привет, мам, – ответила я словно не своим голосом. В груди давило и неприятно жгло. – Всё хорошо. Учусь, работаю.

– Работаешь? Уже? Может, не нужно себя так сильно нагружать в первый же месяц? Я бы тебе отправила денег.

– Мы обе знаем, что ты бы этого не сделала. Он бы тебе не позволил.

Молчание, в котором утонул её тяжелый вздох, растянулось.

Спорить со мной не было нужды. Мама знала, что я права.

– У тебя всё нормально? – спросила она с неподдельным волнением в тихом голосе. – Не обижают?

– А тебя?

– Всё хорошо, Яся, – в трубке снова послышался вздох и звон посуды. – Ты уже завтракала?

– В универе поем.

– Может, тебе какую-нибудь посылку собрать? Что хочешь?

– Мне ничего не нужно, мам.

Всё есть.

На том конце провода послышался шорох и тяжелые шаги.

– Точно всё есть, доченька? – голос мамы резко изменился, став более громким и почти писклявым.

– Ты с кем там? – от звука мужского голоса к горлу подкатила тошнота.

В голове вспыхнула картинка того, как он входит в кухню в трусах и майке и сразу лезет в холодильник, чтобы из него же сразу и питаться.