Крепкий орешек

– Что тебе не понятно, Орешкина? – встал с кресла и, опираясь обеими ладонями о стол, прошипел ей прямо в лицо. – Таких, как ты, я вижу насквозь.

Смотрит, думает какую тактику выбрать дальше.

– Вы меня, видимо, с кем-то путаете, Александр Павлович, – девушка начала вставать с кресла, желая покинуть кабинет. – Я, пожалуй, пойду.

Побег? И эта тупица решила запустить свои ручки в мой кошелек? Думала, что я так просто дамся?

Сейчас меня отхватила самая настоящая злость. Как же я ненавижу таких куриц, которые готовы не смыкать ноги, если перед ними помахать высоким положением и толстым кошельком.

– Сидеть, я тебя не отпускал, – вышло громче, чем хотелось, но оно и к лучшему.

Девушка вздрогнула и вернула свою маленькую пятую точку на место.

Обошел стол и навис над ней, чтобы размазать контрольным выстрелом:

– Я видел сотню таких как ты. Шаболд, готовых пойти на любые ухищрения, чтобы найти богатого папика. Думаешь, я не понял это, когда ты поскользнулась прямо передо мной на ровном месте, а сейчас пришла в красной блузке, которая еле прикрывает грудь?

В зеленых глазах на секунду полыхнул огонек злобы и последовала хлесткая пощечина, которую я никак не ожидал от столь хрупкого создания.

И это выбесило меня куда больше, чем её напускная скромность.

– Не смей так со мной разговаривать, чертов псих, – процедила она сквозь зубки, глядя на меня с самой настоящей ненавистью, которую невозможно подделать.

– Я могу и уволить за подобные выходки, Орешкина, – насмешливо произнес ей в лицо, но она не испугалась.

Наоборот. Приблизила своё разгневанное личико к моему и спокойно, но холодно произнесла:

– Во-первых, у меня есть имя – Вероника. Во-вторых, мир не вращается вокруг тебя, чтобы потом повращаться на твоем члене. А, в-третьих, я и сама не останусь здесь ни на минуту. Не хватало ещё, чтобы меня считали дешёвой давалкой, коей я не являюсь. Так что, будь добр, отойди в сторону и иди нахрен.

Сказать, что я был удивлен – это ничего не сказать, ибо я был в ступоре и одновременно испытал гордость и удовлетворение от её слов.

Ещё ни один человек не дерзнул сказать мне подобное в стенах этой компании. Даже Серега-зам, держал некоторую дистанцию и отмалчивался в особо острые моменты.

Но эта девчонка смогла меня удивить.

Невольно засмеялся, глядя на её плотно сжатые губки и глаза, метающие молнии.

– Вероника, значит. Ну-ну.

Отошел от девушки, чтобы провести последнюю проверку.