Блонда и Магическая Академия

Сначала я убила потенциального начальника, потом пообщалась с его секретаршей, и должна сказать, что эта беседа произвела на меня большее впечатление, чем убийство и наконец переместилась невесть куда, причем не на секунду не сомневаясь, что к родному миру это “невесть куда”имеет самое отдаленное отношение.

Небольшая комната изысканно отделанная голубыми тиснеными шелковыми обоями и обставленная изящной резной деревянной мебелью с огромным арочным окном в торце комнаты, прикрытым тяжелыми портьерами голубого же бархата, вызывала ассоциации чего-то музейного, эпохи этак Людовика Четырнадцатого.

С кабинетом этот будуар роднило лишь отсутствие кровати с балдахином и наличие огромного черного стола прямо перед окном. За столом восседал небольшой лысоватый мужчина среднего возраста в странной одежде, которую я идентифицировала как камзол.

Мужчина увлеченно работал с бумагами, перелистывая стопу документов, время от времени возмущенно фыркал, хватал перьевую ручку из письменного прибора стоящего на столе, я такой в кино видела, и начинал что-то лихорадочно исправлять.

Несмотря на то, что мое кресло располагалось у стены напротив стола, мужчина, судя по всему, не подозревал о моем присутствии.

Мне тоже не особенно хотелось привлекать его внимание, во всяком случае до того момента, когда я осмотрюсь и выработаю линию поведения. Впрочем о какой линии поведения можно вести речь, когда я не могла даже предположительно ответить на любой вопрос из перечня: что, где, когда и почему. Поэтому я просто тихонько покашляла.

Реакция воспоследовала незамедлительно. Мужчина оторвался от изучения бумаг, поднял голову и наконец-то увидел меня. Теперь я знаю, что такое круглые от изумления глаза. После того, как у него из рук выпало перо и упав на стол забрызгало несколько листов чернилами, мой визави обрел дар речи.

– Вы кто? -запинаясь поинтересовался он.

– Я Блонда, – сама не понимаю почему назвала свое прозвище вместо имени.

Похоже мой ответ ситуацию не прояснил.

– А вы откуда? – продолжал допытываться собеседник.

– Я от Аденаиды Истермановны, – пояснила я не сомневаясь, что мой ответ претендует на звание самого идиотского ответа года.

Не тут-то было. Изумленное выражение лица мужчины сменилось брезгливо раздраженным. Даже тембр голоса изменился. Да и осанка появилась. Буквально на глазах лысоватый растерянный мужчина превратился в крупного государственного чиновника с колючим тяжелым взглядом и властным голосом.