Верни моего сына

Как же хитро и подло все подстроили!

Голова разрывалась на части от размышлений, больше всего на свете сейчас хотелось умереть… В ушах стоял гул, который усиливался с каждой секундой и просто сводил с ума. Обхватила колени руками и стала раскачиваться, как маятник, туда-сюда, туда-сюда, а перед глазами – лицо сына: маленькое, беззащитное. Ему сейчас как никогда нужно мамино тепло, любовь и забота… Только рядом с ним чужая женщина, пусть и Амелия, но сути это не меняет. Вряд ли она захочет возиться с неродным ребенком.

Наверняка он ее раздражает и злит, она кричит на него или вообще игнорирует, а мальчик плачет и зовет маму… Так сильно прикусила губу, что почувствовала во рту солоноватый привкус крови.

Кто-то сунул ей в ладонь стакан с водой и буквально заставил очнуться. Подняла голову и увидела знакомую медсестру.

– Пей! – приказала она. – Легче станет.

Послушно сделала пару глотков и впрямь почувствовала облегчение. Пусть и небольшое. По крайней мере, желание умереть исчезло.

– Послушай, – девушка присела рядом и положила руку на ее плечо. – Еще не все потеряно. Сделай тест ДНК, докажи, что ребенок – твой! Что это за дела такие? Никто не имеет права отбирать у матери дитя! Если нужно, я выступлю свидетелем.

Лера повела бровью.

– У вас могут быть неприятности из-за меня…

– Ты о себе думай сейчас! О своем ребенке. А обо мне не волнуйся. Если я вижу несправедливость – я молчать не могу. Характер такой.

Посмотрела на медсестру уже другими глазами: теперь во всем ее облике не было ни намека на неприязнь.

Наоборот, в каждом движении чувствовалась готовность помочь. И это придавало сил.

– Я знаю, тяжело, но ты должна взять себя в руки, – настаивала собеседница. – И, главное, сходи к юристу, он скажет, куда обращаться.

– ДНК вряд ли что-то прояснит… Но способ найти надо. Я не хочу потерять своего ребенка, – повторяла как заведенная, – я не хочу потерять…

– Вот и борись! – Блондинка слегка тряхнула ее за плечи, возвращая к реальности.

 – Но сначала возьми себя в руки, слышишь? В таком состоянии ты ничего не добьешься!

Кивала, как китайский болванчик, а перед глазами все еще стояло искаженное злостью лицо мужа. Вернее, ненастоящего мужа, как оказалось. Да, формально они женаты. Но имя-то у нее тоже отобрали! Жена у него на бумаге одна, а на деле – другая. И никто об этом не знает! Медсестра права: если не возьмет себя в руки, ничего не сможет доказать.