Верни моего сына

Эта женщина-врач вела ее беременность несколько месяцев, а потом Илья настоял, чтобы она перевелась к другому доктору, как раз из той самой злополучной клиники…

– Вы? – воскликнула женщина и даже привстала от удивления.

– Здравствуйте… – пролепетала, смущенно опустив глаза. Вот что ей сказать? Наврать с три короба, что нужна справка, потому что якобы рожала дома? Вряд ли она поверит. Сама же ей выболтала тогда, что переводится в частную клинику к другому врачу… Но вспомнив о сыне, внезапно почувствовала прилив сил.

Ради того, чтобы вернуть его, готова на все! И смогла-таки приврать. Сочинила душещипательную историю и в конечном итоге получила вожделенную справку о рождении малыша.

Только что с ней теперь делать? Документов нет, даже заявление не напишешь в полицию… А оформление новых займет слишком много времени. В любом случае, справка не помешает. Нужно только все распланировать, подумать, как действовать дальше, как привлечь этих аферистов к ответственности.

Однако все надежды рухнули, когда сходила на прием к юристу и созвонилась со знакомым биологом-генетиком.

«Невозможно доказать, что ребенок именно ваш, а не сестры-близнеца ввиду генетической идентичности вас и вашей сестры». Эти слова не выходили из головы, вскрывали сердце, как тонкими лезвиями. Одно дело, когда ты просто это знаешь, другое – когда слышишь об этом от компетентных людей.

Ну а юрист только подтвердил, что шанс на победу минимален. «Будет непросто доказать, что сестра присвоила ваше имя и отобрала ребенка. Нужен хороший адвокат, но, сами знаете, цены у них огромные.

Да и муж ваш, как я понял, состоятельный человек, а это усложняет дело. Попытайтесь решить этот вопрос мирным путем, договоритесь с сестрой, найдите свидетелей…»

Докажите, найдите, попытайтесь! У Леры не было сил. Она так выдохлась за это время, что каждое движение причиняло боль. Только и могла лежать и смотреть в одну точку, раз за разом выпивая обезболивающее. К сожалению, иногда, вопреки всем планам, организм может дать сбой и тогда волей-неволей приходится подчиняться.

Когда приступ апатии ненадолго отступал, ее спасало шитье, не позволяющее окончательно пасть духом. После замужества, поддавшись уговорам Ильи, оставила место швеи в ателье, о чем уже сто раз пожалела. Но, к счастью, некоторые клиентки вышли на связь, и Лера взяла несколько заказов на дом. Только работа плохо ладилась. Иголка все время дрожала в руках, она исколола себе пальцы, глаза застилали слезы, часто приходилось перешивать.