Серебро. Полночь оборотня

Как только переступишь черту, сразу же окажешься там. Совсем распоясалась, – лорд Сэкхарт вновь вернулся к государственным делам. Донос о нападении дрожал в его пальцах. Папа знал, куда я бежала ночью, а потому легко представил, чей труп могли обнаружить утром.

– В городе появился оборотень без сдерживающего браслета? Ты знал? – мы с Вито шагали по гулким коридорам Департамента. Клерки, завидев нас, прятались по кабинетам. Сына шефа Департамента боялись больше, чем лорда Сэкхарта.

– Да.

– Поэтому устроил за мной слежку? Стража и пьяная тетка – все это тоже твоя работа?

– Не обижай Хрою.

– Фу, нетрезвый информатор, – фыркнула я, помня, как густо несло бражкой от нищенки. – Хороша помощница.

Вито остановился.

– Не смей неуважительно отзываться о тех, кто живет на улице. Помни, что я один из них. И согласись, лучше Хроя с Гонго, чем дикий оборотень.

– Гонго? Кто такой Гонго? Еще один бродяга?

Вито распахнул дверь кабинет и пропустил меня вперед.

– Познакомься, Гонго Инвар. Мой друг. Инвар, это моя сестра. Ну, с ней ты уже имел удовольствие видеться.

Гонго снял очки и медленно поднялся. Теперь я его узнала и с трепетом вложила руку в протянутую ладонь.

– Красивые кружева, – произнес он, целуя костяшки моих пальцев.

Я покрылась краской смущения. Под платьем у меня вновь были надеты панталоны, сшитые в Извире. Я купила целую дюжину.

– Еще слово и вы неделю не сможете улыбаться, – я показала ему свои когти. В лавке Бибурта мне подобрали отличный лак. Правда, туда пришлось отправиться в перчатках.

Гонго сдаваясь, задрал обе руки вверх.

– Я бы за нее больше не переживал, – произнес он, глядя на Вито.

Но Аурелио переживал. Тренировки возобновились.

– Вито, скажи, зачем ты мучаешь меня? – я лежала в зале для фехтования, уткнувшись лицом в пол и зажимая рукой бок, где назавтра обнаружится новый синяк.

– Я не всегда буду рядом. Ты должна уметь постоять за себя.

Очень жаль, мне хотелось, чтобы он был рядом вечно.

– Вито, а откуда у тебя такие способности? Ну, менять прошлое. А будущее, его ты тоже видишь?

– Нет, не вижу. Я сам не знаю, откуда что берется. Не забывай, я вырос на улице, поэтому ничего о себе не знаю.