Серебро. Полночь оборотня

– Придется в лавке Бибурта покупать еще и лак для ногтей.

– Вито!

– Теперь ты можешь не пользоваться вилкой, – продолжил глумиться он. – Смотри, какие острые.

Он с улыбкой погладил ногтевую пластинку на моем указательном пальце.

– Не увиливай от ответа, – я отняла руку. – Мы откроемся папе? О тебе, обо мне?

– Прямо сердце зашлось. На минуту подумал, что мы собираемся просить у него благословения.

– А ты был бы против?

– Конечно. Какая из тебя жена?

Я скуксилась.

– А если без шуток?

– А если без шуток, то о моем даре папа узнал сразу же, как только решил меня усыновить, – ушел в сторону от щекотливой темы Аурелио.

 – Не стоит скрывать то, что рано или поздно вылезет. Теперь я работаю на короля. Очень важно знать все варианты исхода того или иного решения.

– А о моем даре расскажем?

– О даре отращивать ногти, пачкать всех вокруг серебристой пылью и стрелять подведенными глазками?

– Я не специально. Оно само получается.

– И пахнешь ты замечательно, – Вито, наклонившись, понюхал мою макушку.

 – Я сразу заметил. Несмотря на твои ужасные духи.

– Ты почувствовал ко мне влечение? Как к женщине?

Я затаила дыхание, ожидая ответа. Я упорная. И не люблю, когда мужчина виляет.

– Женщина, тебе надо подрасти, – мой мужчина легко поднялся и протянул мне руку.

– Вито, скажи честно, ты подождешь меня? Вдруг я сделаюсь невероятной красавицей?

Я нарывалась на комплимент.

– Для начала расскажем отцу, что его дочь оборотень.

Я зашипела.

– Недоделанный оборотень, – поправился Вито и, развернув меня, легким пинком под зад отправил на позицию перед мишенью. Сам потянулся за арбалетом. Тайны тайнами, а об учении забывать не следует.

***

– Я ждал, когда Лети откроется, – папа повернул документ обратной стороной, но я успела заметить тревожный донос. На холмах обнаружен труп девушки. Судя по всему, растерзана зверем.

– Как? – я не удержала возгласа. – Я таилась, обливалась духами и все напрасно?

– Милая, – папа поднялся из–за стола, – мы с Вито профессионалы.

– Так почему ты отдал меня в руки Золотца? Чтобы вышибить из меня всю звериную дурь?

– Судя по тому, что ночью ты все–таки сбежала, Аурелио мало преуспел.

– Ты и об этом знаешь?!

Папа махнул рукой.

– Все, идите. У меня полно дел.

– А как же резервация? – я не унималась. Столько страдала, пряталась, а он отмахивается от меня, как от мухи. Я оборотень или кто?

– Будет чем тебя приструнить.