Драконьи чары для попаданки

Мой настоящий отец, часто отсутствующий, сдержанный, и, в то же время, горячо любящий меня, остался в другом мире. Никто другой не сможет его заменить. А что касается матери, то я почти не помню её, но не хочу так называть чужую женщину.

К счастью, новые родственники не заметили в моем поведении ничего особенного. Впервые они заглянули ко мне на третий день, после завтрака, и целителю пришлось их представить.

Дир Ренси оказался крупным мужчиной с лицом кирпичного цвета и длинными руками, которыми постоянно размахивал.

Его зычный голос я услышала из коридора. Костюм из серой шерсти обтягивал его фигуру так плотно, что, казалось, стоило ему повернуться, и ткань треснет по шву.

Подойдя к кровати, он окинул меня быстрым взглядом маленьких глаз, неловко потрепал по голове и отошел в сторону. Пара фраз о том, как он рад видеть свою дочь живой и здоровой, не улучшила впечатления. Мне подумалось, что Дир не слишком интересуется наследницей. Цела, и ладно.

Зато у Айрин Ренси эмоций было через край.

Она бросилась ко мне и пылко обняла, так, что скрипнули ребра. Женщина громко причитала, жаловалась на судьбу, из-за которой едва не потеряла «кровиночку», задавала множество вопросов и не позволяла на них ответить. Кончилось тем, что она в изнеможении упала на кровати, заставив суетиться вокруг себя трех служанок и целителя. Её принесли воду, зелья, обмахивали веером, растирали руки. Глядя со стороны, можно было подумать, что именно она – жертва несчастного случая, а никак не я.

«Родители» провели в моей комнате полчаса. После их ухода я облегченно выдохнула, подумав, что мне повезло, что мать и отец несчастной Мирабель так мало ей интересовались. Иначе они бы быстро поняли, что место их дочери заняла самозванка.

Думаю, что я вела себя иначе, чем настоящая Мирабель. По-другому говорила, улыбалась и наклоняла голову. Эти изменения нельзя объяснить потерей памяти. Но, ни Дир, ни его супруга ничего не заподозрили.

Опасность для меня представлял только целитель Лорес. Стоил мне что-нибудь сказать, как он оборачивался в мою сторону и ловил каждое слово. Порой в его темных глазах мелькало сомнение, словно он не верил тому, что видит. Это нервировало, и я решила как можно меньше общаться с целителем.

Но я чувствовала себя одинокой в этом мире. Не было ни одного человека, которому я могла бы довериться. Я не представляла, как жить дальше.