Ты (не) моя мама

Вы ведь тоже поедите?

– Да, у меня есть кое-какие дела на прежнем месте работы, – мне прошлось солгать, хотя больше всего на свете я хотела, чтобы Алёна знала правду. Знала, что я еду на выставку только ради того, чтобы быть с ней рядом и любоваться её работами.

– Это здорово…

– Наталья? – послышался удивлённый голос Ярчинского.

Я обернулась. Влад вышел на крыльцо, на ходу надевая пиджак.

– Здравствуйте ещё раз, – кивнула ему.

– Что вы здесь делаете? – Его зелёные глаза внимательно изучали моё лицо.

– Приехала передать вам документы, что вы просили. Валентина была занята. – Я протянула в его руки папку и решила больше не стеснять Ярчинских своим присутствием. – Что ж, мне пора. Удачи тебе с презентацией, Алёна, – тепло улыбнулась дочери и кивнула на прощание её дяде. – Увидимся на работе, Владислав Валерьевич.

Глава 6

Владислав.

Между Натальей и Алёной невооружённым глазом проглядывалась некая связь. Едва уловимая, но всё-таки ощутимая.

Или же мне всё это причудилось из-за того, что я знал об их кровном родстве?

Нет.

Наталья смотрела на мою племянницу словно на самое драгоценное, самое желанное и в то же время недосягаемое для неё сокровище. В первую нашу встречу втроём, подобных взглядов с её стороны не было. Но в этот раз Наталья не знала, что за ней наблюдают. И в момент, когда я вышел на крыльцо, лицо Райнес моментально превратилось в холодную сдержанную маску.

Её поведение сбивало с толку и раздражало.

Оно не поддавалось логике и шло в разрез с моим представлением о тех людях, которые по тем или иным причинам бросали своих детей. Ситуации бывают разные, я понимаю это. Но в одном я уверен на сто процентов – если мать, отказавшаяся своего ребёнка, раскаивалась и пыталась заслужить прощение, она выставляла бы свои эмоции напоказ, пыталась бы давить на жалость и оправдываться со слезами на глазах. Но не Наталья Райнес. Все её действия – были абсолютно противоположны. Она прятала свои эмоции за холодной маской безразличия, принимала все условия, что я перед ней ставил, и не пыталась оправдаться. Не пыталась даже объяснить, по какой причине так поступила.

Почему?

Когда Райнес ушла, оставив меня один на один с тысячей  вопросов, звенящих в моей голове, я заставил себя оторвать взгляд от калитки и посмотрел на Алёну. Она неосознанно улыбалась, глядя в след этой женщине. Это было непривычно видеть.