Девушка-праздник

А Власов поразился: ни фига себе! Извинилась! Он, может, и поразмыслил бы над этим фактом, и выводы соответствующие сделал, но тут подошла их очередь, и он отвлекся.

– Юль, ты что будешь? – спросил, предварительно заказав себе коньяк и бутерброд с семгой.

– Шампанское и бутерброд такой же, как тебе, – отчеканила Юлька.

– А вы, девушка? – обратился он к этой Даше Васнецовой.

– Чаю зеленого, пожалуйста, – без эмоций огласила пожелание она, даже не соизволив посмотреть на него.

Ну, чаю так чаю! Отправив девушек за освободившийся столик, Власов, расплачиваясь, повернулся и с вполне определенным интересом посмотрел им вслед.

Попка у его будущей жены оказалась что надо!

– Игорь Николаевич, вот ваши бутерброды и кофе.

Он открыл глаза и обнаружил перед собой одноразовую тарелочку с горкой разнообразных бутербродов, а за тарелочкой медсестрицу Машу с большим картонным стаканом, обернутым несколькими салфетками, в другой руке.

– Горячо, – сообщила хирургическая дева, – еле донесла.

– Спасибо, Машенька, – поблагодарил он, принимая у нее стакан с кофе.

– Я пойду, Игорь Николаевич? – Как у учителя на уроке в туалет отпрашивалась.

– Идите, Машенька, – разрешил он.

Кофе и бутерброды изыском не побаловали, но всерьез оголодавшему, как обнаружилось, Власову пришлись очень даже в тему.

Он жевал, прихлебывал обжигающий кофе и погружался в воспоминания, прерванные появлением девушки Маши.

– Благодарю, – с королевской вежливостью сказала Дарья, когда он поставил перед ней на стол чашку с чаем.

И первый раз с того момента, как Юлька окликнула ее, посмотрела прямо на Власова. И что-то там заплескалось у нее в глазах, и сине-голубой взгляд задержался на его лице…

– Да, – угробила тонкий момент Юлька, – познакомьтесь. Это Даша, мы раньше вместе работали. А это Игорь Николаевич, мой хороший знакомый.

Они чинно раскланялись полупоклонами, плеснули политесом.

– Как вам постановка, Даша? – культурничал Власов.

– А черт его знает! – удивила она не ожидавшего такой непринужденности легкой, что-то там другое придумав себе про нее из мира аристократов и привычки к сдержанности в высказываниях.

 – Мой усталый мозг за плотно насыщенным действием на сцене не поспевает. То ли не дотягиваю до чистых истоков высокого художественного замысла режиссера, то ли «в консерватории надо что-то менять», – без улыбки пояснила она, еще и цитатку Жванецкого присовокупив.

Власов кинул быстрый взгляд на Юльку.