Проклятый граф. Том IV. Идеально безумный мир

Юноша вздохнул и, запрокинув голову, печально воззрился на небо. Темно-русые волосы его, чуть растрепавшись, зазолотились на солнце; в зеленых глазах заплясали нескрываемо дьявольские искры.

– Какой глупый песик… – задумчиво проговорил он и, широко, насмешливо улыбнувшись, медленно вновь вернул голову в надлежащее положение, по-прежнему не планируя подниматься на ноги, – Последний совет, несчастный, – отпусти девочку. Побереги свою никчемную собачью жизнь, не спорь со мной.

Татьяна, в душе которой каждое слово, каждый взгляд на этого юношу отдавался радостным трепетом, внезапно заволновалась.

О том, что молодой человек, находящийся сейчас перед ней, человек, в этом перевернутом мире, судя по всему, занимающий скорее ее сторону; невзирая на свою комплекцию, довольно силен, чтобы справится даже с удерживающим ее мужчиной, она была осведомлена прекрасно, но… В то время, когда он побеждал Ричарда, тот не был таким, как сейчас.

– Луи… – она, с трудом вывернувшись, немного выглянула из-за спины все больше и больше закипающего оборотня, настороженно глядя на парня и, чуть кивнув на держащего ее мужчину, предупреждающе добавила, – Он опасен…

На губах юноши молнией сверкнула широкая, жизнерадостная улыбка и, более не желая тянуть время, он легко вскочил на ноги, пожимая худыми плечами.

– А я еще опаснее! – он весело подмигнул девушке и, окинув задумчивым взглядом молчащего лорда, насмешливо покачал головой, – Гораздо опаснее того, кто слишком много думает, прежде, чем выполнить приказ.

Что такое, Рикки? Уже забыл, как слушаться хозяина?

– Мальчишка! – Ричард, взбешенный просто до крайности, на мгновение стиснул руку Татьяны так, что та взвизгнула от боли, – Кто ты такой, чтобы так со мной говорить?!

– Я? – молодой человек изобразил мгновенное удивление и, чуть приоткрыв рот, поднял глаза к небу, будто вопрошая у него ответ, но в следующий миг уже вновь улыбнулся, склоняя голову набок, – Людовик.

А ты сильно забывчив, да, песик? Уже запамятовал, как дядя Луи любит ломать твои хрупкие косточки?

Татьяна глубоко вздохнула. Отчаяние, затопившее ее некоторое время назад, когда она поняла, что Ричард и в самом деле не знает, не помнит ее, сменилось абсолютным счастьем теперь, когда она увидела, услышала, что здесь, в этом странном месте, в этом мире, все-таки есть еще кто-то кроме нее, кто сохранил память о прошлых событиях.