Тень любви в твоем взгляде

 – Не проснулся еще?

– Я многим девушкам нравлюсь, – хвастается он.

– Мне все равно, – мне, и правда, все равно.

Наверное, он, и правда, говорит это сквозь сон. Как в здравом уме можно такое спрашивать?

Наконец, двери лифта открываются, и мы выходим. Я сажаю его в такси на заднее сиденье, и сама сажусь рядом.

Пока едем, он снова засыпает, и его голова падает мне на плечо. Поняв, что это будет продолжаться после каждого раза как я бужу его, а он снова засыпает, я перестаю его будить.

Таксист постоянно с жалостью смотрит на меня в зеркало.

И за время поездки у меня возникает странное желание… Заставить бы его еще ванну принять, после того как приедем, чтоб отмылся как следует, но, боюсь, этого не получится.

По окончании поездки мне удается разбудить его. Мы заходим в фойе красивого многоэтажного жилого здания, где находится его квартира. Меня поражает красота и роскошь. Консьерж при входе приветствует моего спутника, которого я веду под руку к лифту. Он сам нажимает этаж и трет свободной рукой глаза.

Мы выходим в просторный коридор. На дверях в квартиры кодовые замки. Первый раз такое вижу. Он ведет меня в направлении своей квартиры, набирает код, и мы заходим. В его доме просторно и светло. И относительно чисто.

– А ты один живешь? – интересуюсь я. – У тебя так чисто… Ты же очень занят работой.

– Я один живу, – коротко отвечает он.

– А родители? – не отстаю я.

– Родители живут в другом городе.

– А девушка?

– У меня нет девушки.

Я смотрю на него и не верю.

Мы разуваемся, Юджин проходит в свою комнату. Я иду следом.

В комнате также светло и чисто, как и в остальных комнатах. И очень мало мебели.

У окна стоит односпальная кровать, в углу шкаф для одежды, на полу ковер.

Он подходит к кровати, откидывает одеяло и растягивается на ней, вытягивая руки над головой. Я уже думаю уходить, но он останавливает меня.

– Ну же! Помоги мне!

Я оборачиваюсь на него и смотрю в непонятках.

Он сонно смотрит на меня и машет руками.

– Помоги мне снять одежду. Я же не буду спать в кровати одетым!

От этой просьбы у меня чуть челюсть на полу не оказывается.

Чего? Чего он там бормочет? Я не ослышалась? Не проснулся еще? Или уже засыпает?

Однако я подхожу и, цепляясь за рукава, стягиваю с него толстовку.

– Носки еще, – просит он.

Я смотрю на его белые носочки.