Макс и Феликс. Тайна говорящего кота

Макс и Феликс. Тайна говорящего кота

Татьяна АРТЮХОВА

Что если бы коты могли говорить? Конечно, они рассказывали бы сказки. Семилетний Максим в подарок на день рождения выбирает говорящего кота Феликса и погружается в мир необыкновенных историй о храбрости, благородстве, любви и преданности. Но на свет выходит король крыс Кайзер, и сказка превращается в реальность. Теперь Максу и Феликсу предстоит последняя битва против голодных и злых грызунов.

– И все-таки, это очень странно…

– Что именно?

– Вот, смотри, мы с тобой идем по большому городу.

Здесь должно быть много людей, машин,

всяких автобусов, троллейбусов,

а ничего нет – улицы пустые.

– Во-первых, конкретно в этом городе нет троллейбусов,

во-вторых, ты только что родился, поэтому весь этот мир

еще не появился в твоей жизни.

– А ты?

– Что я?

– Ты же есть.

– Я всегда был.

Даже когда тебя еще не было,

я уже был с тобой.

Пролог, которы мог бы стать главой 1

Крыса вылезла из погреба, принюхалась, зыркнула маленькими красными глазками и неожиданно с оглушительным свистом щелкнула длинным тонким, белым как бельевая веревка хвостом.

Звук щелчка, похожий на движение пастушьего кнута, эхом разлетелся по сонной деревне, и в ночной тишине резко перестали петь птицы, а собаки забились в яростной агонии.

На дровнице подпрыгнул старик. Его тоже разбудил звук мышиного хвоста-кнута. С трудом нащупав тулуп, на котором спал, дед спрыгнул на землю, схватил толкушку и бросился по улицам, ожесточенно стуча деревяшкой по дырявой кастрюле, которую держал в левой руке.

– Крысы! Крысы! Идут крысы! Крысы…

Что-то мягкое и серое бросилось под ноги сторожу. Дед охнул и упал. С противным визгом крысы плотным ковром прошлись по упавшему человеку, и клочья от тулупа полетели в разные стороны.

В деревенских домиках захлопали двери, ставни, застучали сапоги… Мужики зычно заорали друг другу через сито плетеных заборов.

Женщины загоняли детей обратно в избы, но очевидно без особо усердия.

Вскоре улицы превратились в место битвы с неведомым врагом. Казалось, что вся деревня участвует в какой-то странной, незамысловатой игре – ходить и стучать по земле любым тяжелым предметом: мужики били цепями, старухи рубили топором и даже дети прыгали в больших взрослых сапогах на толстой подошве, подбитой рядом маленьких гвоздиков.