Осень Окаяна

Три дня пес преданно ходил следом, ел из рук Берканы, спал, свернувшись калачиком у ее ног, а потом с радостным лаем кинулся к человеку в поношенной одежде смолена.

– Иса? – Беркана выгнулась разъяренной кошкой. – Мудрая Иса? – смех походил на пронзительный крик чайки. – Да, вы все готовы удавиться за нее. А мое слово ничего не значит? Совсем ничего? Только желания Исы? Эйрик! Йорг!

Отец Мартин повернулся от окна. Со злорадным удовольствием смотрела Беркана в его растерянное лицо. Да! Растерянность, страх и… жалость? Старый воспитатель протянул руку, но дочь эрла увернулась.

Коротко звякнули диски ожерелья.

Грохоча сапогами, взбежали по лестнице Эйрик и Йорг. Замерли на пороге, недоуменно разглядывая священника и дочь эрла.

– Этот человек – изменник! – палец Берканы словно дырявил грудь отца Мартина в нескольких местах. – Взять! Связать! Мы едем в Аскхейм! Сейчас! В Аскхейм!

Отдав приказание, Беркана опрометью бросилась в свою комнату. Даже не позаботившись запереть дверь, кинулась на постель.

Судорожные рыдания, слезы, не приносящие облегчения, терзали мужественную дочь Ольгейра. Впервые за много лет.

Несколько пригоршней холодной воды, безжалостно выплеснутых в лицо, вернули миру ясность очертаний, а Беркане пригожесть. Внимательный взгляд в начищенный медный таз (всякий, кто заметит, что дочь Ольгейра эрла плакала, может подавиться своей наблюдательностью, но все же…) и на улицу. Спутники Берканы, весело переговариваясь, готовили лошадей в дорогу.

Рыжий Мьёлльнир на крыльце трактира громко препирался с хозяином. Щедрый Эйрик мог снять с себя и отдать товарищу последние штаны, но заплатить геруму лишний гольден… Отца Мартина не видно. Очевидно, священника до поры заперли в его комнате. Все шло как надо.

Беркана прошла в общий зал и села за стол. Посетителей в трактире не было. Здорово вчера напугали их буйные нордры. Утром еще крутились какие-то любители местной стряпни, но теперь разбежались.

С кухни доносилось недовольное громыхание котлов. Беркана мстительно улыбнулась. Верно, трактирщик успел разъяснить свом клухам, кого хотели они оскорбить, обсуждая падчерицу эрла нордров.

Трактирщица выглянула из кухни и вдруг чуть ли не бегом припустила через зал. Тю, никак покормить напоследок решила? Или высказать все, что в душе накипело? Но баба проскочила мимо Берканы и устремилась куда-то в темный угол. Дочь эрла скосила глаза.