Пепел. Хроники земли Фимбульветер

В замке Мёнлус годами ничего не происходило, записи о рождениях, свадьбах и смертях перемежались сведениями о приплоде на кхарне и оброке, собранном с арендаторов. И ничего более.

Но у кого-то из этих спокойных людей случилось в жизни нечто, не позволяющее духу умершего мирно отойти под крыло Дода. И почему этот призрак прицепился именно к Урсуле нынешней?

А может, нет никакого беспокойного предка, а Харальд лукавит? Но что тогда помешало Вермъеру просто пригласить хрониста, чтобы навести порядок в архивах?

Дурную славу чумного замка его хозяин от меня и так поначалу утаил, но даже если бы эпидемия в Мёнлусе была в разгаре, я не мог бы отказаться от прямого приглашения.

Долг хрониста – сохранить память, кажущуюся людям важной. Даже если дело касается одной семьи, а присутствие может стоить хронисту жизни.

За окном между тем окончательно стемнело. Лампа давала достаточно света, но мне уже до смерти надоели чужие брачные договоры и хозяйственные счета. К тому же мой учитель Торгрим Тильд всегда говорил, что слишком долго работать без перерыва вредно.

Не заметишь, как устанешь и начнешь больше ошибаться и портить, чем делать дело. Если уж совсем не можешь без работы, то займись чем-нибудь другим. С документами я уже достаточно ознакомился, теперь можно поговорить с людьми.

Я поднялся, расправил плечи и отправился на поиски Харальда, Урсулы и прочих обитателей замка.

Где как, а в Къольхейме большая часть населения вечерами подтягивается на кухню.

В замке Мёнлус всё оказалось так же. Дела закончены, утварь прибрана, освобожденная от готовки печь одаривает собравшихся теплом, но не жаром, и самое время для неторопливых бесед или сказок.

Даже Биргер присутствовал здесь и выглядел вполне мирно. Это на территории хозяев должен быть полный порядок, почтительность и трепет благоговейный, а в своем обиталище челядь вольна творить все, что не запрещено законами людей и Драконов. Тем более что и владетель замка не против.

Харальд, стоявший облокотившись о дверной косяк, приветливо улыбнулся и подвинулся, давая мне место.

На кухне слушали хеска Освальда.

– И на третью ночь пришел рыцарь к ледяному озеру, русалка поднялась на берег, и влюбленные были вместе до утра. А когда луна пошла на убыль и Унн собиралась вернуться обратно, Эгиль обнял ее и не отпускал. Тогда русалка начала уменьшаться и выскользнула из объятий, но рыцарь подхватил ее в ладони.