Спасти королеву. Хроники земли Фимбульветер

 – Благородный хеск Хрут Стенъбук вызов принимает. Бой при свидетелях, на шпагах, до первой крови.

Как же его зовут, секунданта? Стоял с восточными вурдами, по гербу судя, из рода не слишком почтенного и старого, безземельного. Вот и смотрит на владетельного Вермъера, как заяц на медведя.

Мой друг слегка склонил рыжеволосую голову.

– Я, Харальд Вермъер, свидетельствую о честности поединка.

Секунданты сделали несколько шагов, осматривая место будущей дуэли. В былые времена случалось, что бесчестный поединщик приводил с собой арбалетчика или воина с мечом, до поры прячущегося в засаде.

Где мог бы затаиться наемный убийца на открытой галерее? Забиться в щель в стене, свеситься с крыши или парить между колонн? Но ритуал следует соблюдать. Также была освящена временем и традицией и следующая фраза секунданта:

– Благородные хессе, я предлагаю вам примириться.

– Нет.

Хрут Стенъбук пожал плечами.

– Нет. Надеюсь, наш спор разрешится быстро. Сегодня прохладно, – он поклонился девицам из своей свиты.

Меня противник разглядывал со снисходительной улыбкой. Не знаю, что думают упомянутые Хельгой дамы и девы, меня интересует только мнение Герды, а вот что впечатление серьезного противника я не произвожу, это точно. Лет через пять, возможно, и обрету сколько-нибудь заметные мускулы, а пока что только рост хороший, с пожарную каланчу. Да к тому же хронист! Люди благородного происхождения на такие должности добровольно не идут, что-то тут нечисто! Хрут Стенъбук быстрым взглядом окинул вышитый на моем камзоле герб.

Ах, какое разочарование: серебряный дракон виден во всей красе, черной перевязи наискось, знака бастарда, нет и в помине.

Но все равно хронист. Крыса архивная. На гусиных перьях с ним фехтовать? В былые времена таких убивали первыми.

Да, убивали. Потому что хронисты обязаны писать правду и видеть все происходящее своими глазами, а идут на эту должность только бедные и безродные, у кого нет денег ни на оружие, ни на хорошего учителя фехтования.

Но меня натаскивали лучшие клинки Гехта. И Оле Сван говорил, что в каждый бой с тобой вместе незримо идут твои наставники. Не опозорь их, ты ж мышь.

Хрут Стенъбук начал со стремительной атаки. Не желал долго возиться, собирался сразу нанести мне не смертельную, но болезненную рану, и тем дело закончить.

Не вышло.

Я парировал выпад и отступил назад, ломая навязанный мне ритм поединка.

Стенъбук понял уловку и сам шарахнулся прочь.