Проклятие с шипами

Или что, ты думаешь, от моего прикосновения пуля бы выскочила сама или, не знаю, испарилась? Мне казалось, ты доволен результатом операции, я, в конце концов, старался!

– Я доволен, – Молле, сам несколько удивленный словами приятеля, легко кивнул, – Прошла неделя, а я уже вполне способен вставать и ходить по палате; выздоравливаю быстро – прямо как чертов Ник Конте! Может, ты и вправду лечишь прикосновением?

Молодой врач нахмурился, отводя взгляд. Обсуждать эту тему ему сейчас не хотелось.

– Может, и лечу, только это явно не тот случай.

Если бы мог, я бы лучше вылечил тебя от этой бессмысленной ненависти к Доминику Конте, Арчи, потому что это ненормально! Твоя злость на него – это психическое расстройство, это болезненное состояние сознания, тебе необходима помощь психотерапевта! Почему ты не хочешь согласиться? Я же говорил – тебе станет легче…

Арчибальд тяжело вздохнул и, запрокинув голову, прижался затылком к подушке, ненадолго прикрывая глаза. Эту тему обсуждать не хотелось уже ему.

– Слушай, Хилхэнд, я ведь уже все объяснил и даже не один раз.

Эта ненависть… это моя привычка, дурная, да, плохая, глупая привычка, но я не хочу избавляться от нее! Эта ненависть – часть меня, я привык к ней, я не могу иначе, не могу по-другому относиться к нему! Радуйся уже тому, что больше я не попытаюсь оборвать жизнь этого тирваса.

Кевин нахмурился, замирая. Последние слова собеседника, самое последнее слово, произнесенное им, всколыхнули в памяти доктора воспоминания, смутные, неуверенные воспоминания о рассказах Арчибальда, о его признаниях, связанных с человеком по имени Доминик и с его ненавистью к этому человеку.

Воспоминания о существах, называемых тирвасами, о созданиях, которые одной каплей своей крови когда-то были способны излечить от чумы целую империю…

Он поднял руку и, куснув себя за ноготь на большом пальце, медленно вновь обратил взгляд к ожидающему его ответа собеседнику. Тот, видя, что приятель о чем-то размышляет, не торопил его, лишь молча наблюдал, пытаясь понять, предугадать ответ.

– Тирваса… – Кевин опустил руку и, склонив голову набок, внимательнее вгляделся в друга, – Слушай… ты рассказывал мне о нем, я помню… Его кровь и в самом деле работает как антидот к ядам?

– Я проверял на себе, – Арчибальд легко отвел одну руку в сторону, – Я ведь рассказывал, через что мне пришлось пройти, говорил, как пришлось близко познакомиться с одной ядовитой тварью[1 -

Т. Бердникова «По следам Гиены»]… Конте спас меня.