Проклятие с шипами

Что же насчет тюрьмы… – он поднял взгляд и негромко хмыкнул, – Должен сказать, Диктор, что у тебя неверные сведения. Арчибальд Молле сидит, пожизненно, как ему и полагается, это отражено во всех возможных документах. Если потребуется – найдется даже он сам… Но это буду не я, – он усмехнулся и, пожав плечами, прибавил, – Ну, а врагов я не боюсь, Шон – я всю жизнь провел среди них. Если хочешь и ты завоевать мое доверие – оставь беседы о моем прошлом. Ты собирался узнать что-то о Восточной долине и источнике, ты узнал?

Блондин ощутимо помрачнел.

Узнать-то он узнал, однако, не совсем то, на что рассчитывал, да и пересказывать друзьям историю бабушки пока не спешил, желая потянуть время. Сейчас же, похоже, выбора ему не оставляли – откровенной лжи парень не любил.

– То, что я узнал, слишком расплывчато и не дает никаких подсказок, – он ненадолго сжал губы, прикидывая, что можно рассказать, – Пока что известно лишь, что Восточная долина образовалась вокруг источника. Что источник этот есть исток всего сущего, всех вод на земле, всей жизни, поэтому представляет для человечества немалую опасность.

Если его захватят – будут править миром, если его отравят – отрава попадет во все воды… Бабушка считает, что долина была захвачена, поэтому на короля было совершено покушение. Королем она уверенно называет Эндрю Эрея, который остался в больнице, ждать нас.

– Смахивает на детскую сказку, – Арчибальд скрестил руки на груди, немного вытягивая ноги, – Выходит, что мы, взрослые люди, отправляемся в сказочное королевство, спасать какого-то невнятного короля! – он усмехнулся и качнул головой, – Я, конечно, повидал немало и поверить готов во многое, но только не в это… ты уверен, что бабушка твоя не лжет?

Шон нахмурился.

Если издевки в свой адрес он еще, с большим трудом, сжав зубы, мог вынести, то сомнений в адрес бабушки терпеть намерен не был.

– Моя бабушка никогда не лжет, Альфа. Если она сказала – значит, так и есть, значит, мы должны спасти…

– Опасный Диктор рассуждает о спасении, – нараспев проговорил, перебив его, собеседник, – И смех, и грех.

Почему ты так привязан к ней, мальчик? Считаешь себя взрослым, а все держишься за юбку…

Рэдзеро сжал кулаки. Устраивать драку в самолете, конечно, не следовало бы, однако, чертов Молле ежесекундно провоцировал его на это.

– У тебя разве нет родителей, семьи? Или что, ты вырос в приюте и поэтому озлобился на весь мир? – он силился задеть беспардонного мужчину, однако, чувствовал, что это не удается.