Мосты в бессмертие

А может, и на более длительный срок, если на то будет воля Всевышнего!

Эдуард вытянулся во фронт и прищелкнул каблуками, салютуя.

– А! Достойнейший представитель ведомства Геббельса, – губы Зибеля изогнулись в улыбке. – Ваша братия имеет странное обыкновение пренебрегать осторожностью. Лезут всюду, знаете ли, не считаясь с обстоятельствами, а потом мы, простые рабочие лошадки войны, расхлебываем последствия неуместного мужества профанов. Держитесь крепче за вашу лейку, Генкель! Но не забывайте о наставлениях старины Зибеля!

Красноречие штурмбаннфюрера прервал штурман самолета.

Он возник из сумерек, подобно призраку в летном шлеме и меховых крагах. Доложил коротко:

– К взлету готовы, господин штурмбаннфюрер! Прогноз погоды неблагоприятный. Ветер усиливается.

– Все в самолет! – скомандовал Зибель. – Эй, Рейнбрюнер! Поторопитесь! Марш, марш! Прошу и вас, господа. В такую погоду промедление чревато большими неприятностями.

– Похоже, господин Зибель и нас с вами взял под команду, – весело прошептал Эдуард, склоняясь к уху Отто.

Ах, мальчишка! Даже его одеколон имел странные цитрусовые, детские тона. Да разве такие ароматы должны исходить от настоящего воина рейха?

* * *

Их основательно поболтало и при взлете, и на посадке. Но сам полет не оставил следа в воспоминаниях Отто. Просто они летели на восток, на восходящее солнце. Под равномерное гудение турбин, его мысли снова вернулись к Авроре. Да, он стал женихом в сорок пять лет, а теперь, едва обретя надежду на семейное счастье, вынужден пожертвовать ею в угоду науке.

Ему необходимо опробовать новые препараты. По слухам, боевые действия на востоке затягивались, и завершение войны к Рождеству многими и в самом рейхе, и в странах – союзницах Германии ставилось под сомнение. Говорили, что в России пленены сотни тысяч людей. Многие из отважных воинов вермахта ранены или убиты. За неделю до вылета ему звонил коллега из Вены. Он косвенно подтвердил эти слухи и настоятельно советовал Отто не откладывать вылет в район юго-восточного фронта. Пребывание вблизи передовой открывало большие возможности. Препараты требовали апробации на реальных пациентах…

* * *

В салоне самолета, закурив черепаховую трубку, Эдуард разложил на коленях карту Западной России. Все пространство от границы с Польшей и Румынией до Уральского хребта было испещрено его карандашными пометками. Отто увидел красные и синие стрелы. Все они остриями смотрели на восток.