Девочка на миллион

Прикрыла глаза и, прожевав, артистично произнесла:

– Вкуснотища!

Бэнч не отставал – ну просто парочка года! Вздохнув, я нашла взглядом маму. Она стояла чуть в стороне, с умилением наблюдая за этой картиной. Ну ничего, дома я ей устрою такое умиление, что она это надолго запомнит.

Наконец, завершающие фразы были произнесены, съемка закончилась. Дочь спрыгнула с табуретки и теперь крутилась в окружении зрителей, каждый из которых считал своим долго подойти к ней и пообщаться. А Поля сияла, как начищенный котелок, разве что из штанишек не выпрыгивая от счастья.

И все было бы прекрасно, если бы не диверсия, которую они с мамой устроили.

– Я ничего не пропустила? Он уже тебя узнал? – послышался рядом со мной голос запыхавшейся Ксюши.

Она, тяжело дыша, встала рядом и теперь смотрела туда же, куда и я. Троица из дверного проема ушла, освободив нам проход, но я не решалась взять и подойти к Полине и Олегу.

– Он меня не видел. И вообще, я не хочу никаких узнаваний! – зашипела я, повернувшись к сестре.

 – Так что буду очень благодарна, если на эту тему ты станешь говорить исключительно дома и исключительно шепотом.

Все же решившись, я подошла ближе. Георгиев крепко держал дочь за руку, а Полина отвечала на какие-то вопросы, к которым я не прислушивалась. Так, все. Надо с этим заканчивать.

– Добрый день, – поздоровалась я, подходя к Олегу и дочери.

Полинка тут же вскинула на меня свои глазенки, в них мелькнуло удивление.

Она стушевалась и опустила взгляд. А я – следом за ней, причем попыталась сделать так, чтобы на мое лицо упали волосы. Потому что физически ощущала, что в этот момент Георгиев смотрит на меня.

– Добрый день, – ответил он не без веселых ноток, засквозивших в голосе. – Вы, наверно, та самая мама Полины, которой она собиралась везти пирог? – спросил он.

Пришлось взглянуть ему в глаза. Олег нахмурился, но ничего не сказал. Не произнес что-то вроде: «О, Женя, а я тебя узнал.

Как дела?». Пф, как глупо это звучало даже в моих мыслях.

– Да, я та самая мама, – пробормотала и протянула дочери руку.

Полина упрямо поджала губы. Только, пожалуйста, не сцена из разряда «Я хочу остаться с папой»!

– Идем, нам нужно домой, – сказала Поле.

Ее ручка нехотя скользнула в мою ладонь. Я сделала шаг к выходу из кухни. Мама, уже заметившая нас, усиленно делала вид, что ничего из ряда вон не происходит.