Перемены

А мне папаша в своё время не велел деньги на фотоаппарат тратить. Сказал, что фотографии, как фантики, такой же сор. Есть парочка ценных и хватит, – штурман раздосадовался.

– Чтобы снимки хорошие делать, чувство композиции быть должно, а иначе действительно сор получится никому не нужный, – вступил в беседу Ллойд.

– Это и ежу понятно, – Мэтьюз принял его слова на свой счёт. Однако, Ллойд не имел ввиду его: «Ну, да? А как в сеть заглянешь, так там столько барахла неказистого пустого».

– Вон первый клин, – Крайн достал из кармана фотоаппарат и повернулся к левому окну.

Штурман посмотрел туда же и увидел пять самолётов, летящих, действительно, клином: «Зачем сразу так много в одну сторону?»

– А чего каждые пять минут отправлять по одному? Всех уж разом тогда, – отозвался командир, делая снимки, – Тебе нестрашно?

– Нет. Издалека смотрятся даже красиво.

– Сниму-ка ещё и морской пейзаж… Ллойд, и тебя.

– Момент, – помощник отпустил штурвал и поправил чёлку, – Так нормально? Фоткай.

– Эй, – вдруг не понравилось такое штурману, – Вы что делаете?!

– А что мы делаем? – отозвался Крайн.

– Вы ж оба!.. Оба штурвал отпустили.

– А чего его держать? Он сам летит, – командир передал фотоаппарат Ллойду, – Сфоткай Мэтьюза.

Тот повернулся к штурману: «Прими естественный вид… Ну… повеселее. Пойдёт. Готово».

– Оставь пока у себя, – не стал забирать фотоаппарат Крайн, – Поснимаешь над Роуэном, пока я буду в заторе толкаться.

– Ладно, – Ллойд убрал аппарат в карман.

Какое-то время после этого на борту всё шло тихо. Мэтьюз успел заскучать: «Может, музыку включим?» – предложил он.

– Нет. Разумеется, нет, – не позволил командир. Штурман вздохнул: «Пойду, тогда чаю попью», – и вышел без разрешения. Крайн ничего не успел ответить ему, услышал только, как хлопнула дверь: «Оторвётся же», – сказал он в пустоту. Его слышал только Ллойд.

У Мэтьюза снова появилась возможность побеседовать с Инессой: «Вроде и стоянка два часа была, а мало помогло мне это, – жаловался он ей, попивая чай, – И что со мной? Я же и на мотоцикле, и на роликах катаюсь – должен вестибулярный аппарат хорошо работать ведь.

Не понимаю».

– От шума утомляешься наверно, – предположила дежурная.

– Не может быть, я же радистом был. Вроде и на тренировки хожу, заставляют нас. Нормативы сдаю.

– Но на дальнее расстояние летать ты не тренировался ведь.

– Нет.

– Значит, ещё привыкнешь.

– Не хочу я привыкать к таким расстояниям.