Они будут жить с нами

Коля отписал квартиру Кире и девочкам? Состряпал дарственную, по которой они стали бы собственниками этого жилья? Или случилось что-то еще более катастрофичное?

– Наша машина… ты же знаешь, что она взята в кредит, – сказал он, когда я опустилась на стул.

Положил передо мной папку, на которую я и воззрилась.

– Знаю, и что? – вскинула я глаза на мужа.

– А то, что платеж очень большой. Нам хватит или на него, или на то, чтобы снимать жилье Кире и девочкам. И нет, я не хочу избавляться от машины – она нужна мне для работы.

Я схватила документы, которые муж сразу, как только оформил кредит, увез и держал в сейфе в своем кабинете. Стала листать их, не понимая, о чем говорит Николай.

Он же заверял меня, что платеж всего тринадцать тысяч – вроде не маленькая сумма, но вполне нам по карману. И когда выхватила и просмотрела график платежей, изо рта моего вырвался горестный стон – на оплату кредита уходила едва ли не половина Колиной зарплаты.

– Что это? Почему я впервые вижу, что здесь платеж – почти полсотни тысяч? – выдавила я из себя, не в силах поверить тому, что было перед глазами.

– Потому что ты была бы против, – философски изрек Николай и пожал плечами.

– Конечно, я была бы против! – воскликнула, в ужасе отбрасывая от себя графики платежей, которые Коля забрал и вновь положил в папку. – Это же огромная прорва денег! У нас нет никаких возможностей начать жить хорошо, отдавая половину того, что ты зарабатываешь!

– Так может, стоит начать крутиться и вкладывать в бюджет хотя бы равную часть? – выдала Кира и вновь посмотрела на Николая.

 – Я вот уже нашла приличную работу. И не вижу смысла тратить столько денег на съемное жилье, когда Коля может предоставить нам комнату.

– То есть, они остаются здесь? – процедила я, не глядя на предводителя цыганского табора, а сосредоточив внимание на муже.

– Пока да. Кира будет работать, с мамой я поговорил – за девочками она присмотрит, пока те в школу не пойдут.

Ну а тебе не нужно ничего менять в своей жизни – если нравится зарабатывать копейки, то я не против. – Он снова пожал плечами.

Мне стало так дурно, что показалось, будто следом за темными пятнами, запрыгавшими перед глазами, меня накроет благословенным обмороком.

– Все ясно, – выдохнула, поднявшись из-за стола.

Выставлять новые условия было бесполезно – мне явно дали понять, что я могу с ними делать и куда их засунуть.