Укрыться в облаках

Он понял, откуда этот страх.

* * *

Они очень любили друг друга, очень. Они сошлись, оставив позади нелегкий и невеселый опыт, каждый свой. И сошлись потому, что поверили друг другу. Бесконечно и безусловно.

Саша однажды сказала, что они стали, как сиамские близнецы, с единой системой кровообращения. Один без другого не может существовать.

И это правда.

Только…

Пока мужчина и женщина пребывают в статусе влюбленных, они повернуты лицом друг к другу. Они друг в друга смотрятся, любуются, наслаждаются, – и покуда влюбленность длится, то длится и это наслаждение.

Но когда образовывается семья… С детьми… с многочисленными хлопотами и обязательствами, – тогда мужчина и женщина больше не смотрят друг другу в лицо. Они теперь плечом к плечу, а лицом – к этим хлопотам и обязательствам!

Они союзники в семейном деле, да, и это важно. Семья – это тыл. Это единственное убежище от невзгод жизни, единственное прибежище добра и любви…

В теории.

А на практике, когда больше не лицо в лицо, а плечо к плечу, то влюбленные превращаются в союзников.

И тогда любимое лицо забываешь…

И начинаешь всматриваться в другие, желая заново ощутить наслаждение влюбленности…

Ведь такое часто бывает, верно?

Верно.

* * *

Выпуская дым от редкой своей сигареты в форточку, Алексей вдруг произнес вслух: ЧУШЬ!

Вернее, не совсем чушь: для многих, многих семей расклад именно таков. Не случайно эти мысли пробрались в его голову: видел он такой поворот в отношениях семейных пар, да не раз!

Но к ним с Сашей это не имеет никакого отношения!!! Никакого!!! Они с Сашей… Они… У них все иначе! У них все…

Стоп.

Не надо врать себе, приятель. Не надо.

Вот где яд, вот он: Алексей однажды любимой изменил[1 - Эта история описана в романе Т. Гармаш-Роффе «Ведьма для инквизитора», издательство «Эксмо».]. Александра тогда даже не женой ему была, так что все эти идеи насчет семьи… Глупости сплошные, а не идеи!

Ладно б он просто не устоял перед сиюминутным влечением, подогретым алкогольными парами… – еще можно было бы хоть как-то понять, простить…

Простить – Александре, а понять – ему.

Но он увлекся другой женщиной. По-настоящему. Тот факт, что женщина сия оказалась великолепным манипулятором, Алексея не извиняет: он ведь уже давно не был пацаном! Взрослым мужиком, опытным был. И любил Александру. Да что там «любил» – слово-то какое затасканное! Саша была для него жизнью, счастьем, судьбой… ВСЕМ.