Миолантия

Дракон еще немного смотрел на меня, и когда я уловил в этом взгляде жалость, рептилия заползла неспешно в пещеру, оставив за собой след крови. Я немного боролся с собой, понимая, что долго дракон не протянет, а без него на этой высокой скале я точно пропаду. Но я ничем не мог помочь ни ему, ни себе, кроме как слегка облегчить его страдания и свою совесть. И я вошел в пещеру.

Подойдя к существу, свернувшемся на своем обычном месте, я нашел древко толстой стрелы, которую изготовил мой брат. Стрела была толщиной с мою руку и, ухватившись крепко за нее, я набрал воздух в грудь и разом потянул на себя.

Дракон лишь чуть заворчал, но почти не дернулся. Я отбросил в сторону извлеченный снаряд, снял с себя остатки своей рубахи и, смотав в кучу, приложил к ране и прижал. Я не хотел смотреть дракону в глаза, но не мог избежать этого взгляда. Таких спокойных и умиротворенных глаз и среди людей не сыщешь. Мы смотрели друг на друга и понимали, что это последние часы, когда мы вместе можем без вражды побыть рядом и помолчать.

Внезапно, я услышал странный посторонний треск и писк. Он доносился со стороны гнезда в углу пещеры, и внезапная догадка никак не умещалась у меня в голове. Я подбежал к гнезду и встретил взгляд маленького родившегося существа. Детеныш был красивым и милым, как любой детеныш любого существа в этом Мире. Я взял его на руки и опустился с ним на пол, рассматривая со всех сторон. Он имел всего полметра роста, очень мал по сравнению со своей велико рослой мамашей, пищал и требовал внимания, но когда увидел склонившуюся над ним морду Драконихи, притих и сжался в комочек.

– Если ты умрешь, ему конец.– сказал я тихо матери новорожденного детеныша.

Она словно собиралась с мыслями, а затем направилась к выходу.

– Эй! – крикнул я ей вслед и поспешил за ней.

Догнав ее уже на выступе у обрыва, снова услышал словно шепот:

– Летим.

Я нерешительно застыл, оглянулся и увидел, что вслед за нами выскочил маленький детеныш и шустро, неуклюже распрямив крылышки, поковылял к нам.

Не стоило долго выжидать. Подхватив ее ребенка на руки, я вскарабкался по жесткому чешуйчатому боку на спину Дракона и когда более-менее устроился, она взмахнула крылом и ухнула в пропасть. На миг мне показалось, что мы разобьемся, но Дракониха выровнялась и полетела выше.

Наш полет занял достаточно много времени, пол дня мы летели над такими не проходящими горами, такими дикими реками, водопадами и горными долинами, что мне казалось, я сплю.