Миолантия

Правда, весь этот полет меня не покидало чувство, что это мне снилось однажды, и я уже летал этими путями не раз. Лишь позже я узнал, что этот край называется Страна Драконов. За одной грядой таких гор я увидел пустынную долину, без деревьев. Дикая степь, конца которой не видно. Там мы и опустились на землю, посадка была очень тяжелой. Я не без труда, удерживая неожиданно смирного, как на глупое только родившееся животное, детеныша, слез с ее спины и тут же увидел, как к нам направляются со стороны горы еще два дракона.

Сначала я не верил своим глазам, когда они опустились рядом с нами, один из них черно-коричневый был чуть ли не вдвое больше той раненой Драконихи, на которой я сюда прибыл, второй лишь чуть его меньше. Я и не знал, что на свете могут быть такие громадные существа!

Я сошел, наверное, с ума, но тот большой дракон со мной заговорил человеческим зычным голосом зрелого мужчины.

– Мы пришли забрать детеныша. Его мать подлежит сожжению после смерти. Ты можешь пойти с нами или иди своей дорогой.

Я дрожал от ужаса. Никогда раньше я не видел этих громадных опасных существ так близко, но к тому же не мог поверить, что они умеют говорить. Я отпустил детеныша, и тот посеменил в сторону незнакомых ему драконов. Тот, что был поменьше сгреб малыша в свою когтистую лапу. Дракончик сперва трепыхался, затем поскулил и затих.

– Ты – Дракон.– услышал я громогласный голос, все еще не веря что это реальность и со мной действительно разговаривает Дракон.– Если ты нас слышишь и понимаешь, значит, ты становишься Драконом.

Посмотри на свои руки!

Я инстинктивно выполнил его приказ и увидел странное свечение. Присмотревшись, увидел, что руки мои покрываются мелкой, чуть заметной белесой чешуей. От ужаса я готов был умереть на месте. Я минуту в панике рассматривал руки, ладони, живот и ноги и только потом понял, что этот дракон прав.

– Что со мной? Что это?! – я растерянно, а затем с яростью посмотрел на умирающую Дракониху.– Что ты со мной сделала?! Что ты со мной сделала?!

Пятясь назад, я смотрел в грустные глаза этого раненного умирающего существа, встреча с которым принесла мне столько боли и страданий.

Ей оставалось жить недолго, но мне это уже было безразлично, я даже желал ей смерти. Развернувшись, я побежал, и бежал не оглядываясь, словно бежал от самого себя. Такого ужаса испытать мне еще не доводилось никогда в жизни! Со мной что-то происходило, и я не мог это остановить, я не мог это контролировать и я не мог это понять.