Длинные тени грехов прошлых жизней

За свою боязливость покинуть дом в юности, что не попросила помощи у отца, содействия в отъезде далеко на запад, в далекий, давно манящий, Ленинград. Только бы подальше от своей деспотичной матери, от её вечных финансовых претензий и издевательств. А когда Инна по-женски расцвела и, по словам окружающих, стала красавицей, мать стала раздражаться еще больше. Вдруг вспомнилась сцена на даче, когда мать, схватив деревянный брусок с торчавшим из него большим гвоздем, размахивала им перед лицом Инны с криками: – Вот сейчас раскрашу всю твою морду! Не смей мне перечить, я мать, я делаю что хочу!

– Да она же всегда ненавидела меня, – и со вздохом добавила, – когда всё закончится, если Максим поможет мне, я обязательно уеду в Петергоф.

Приложу все усилия, хоть ютиться в коммуналке, лишь бы подальше от этого города, от матери и сестры. От всего этого ужаса, что я пережила здесь.

Глава 3

Я отправился пройтись по набережной, потолкаться среди людей. Надо было развеяться от того, что насело на меня в этой «нехорошей квартире», от всей этой темной деструктивной энергии.

И стоит наведаться в один клубешник, в нем любят собираться те, кто имеет отношение к магии, чернокнижию, да и всему темному.

Жалко квартиру, но Инна права, срочно продавать. Печать разрушения уже полностью наложена на это жилище, и, чтобы хоть как-то снизить градус воздействия, из него надо выехать и максимально оставить здесь всех этих «квартирантов», что подселили ей через погостные обряды.

Люблю много ходить пешком, решил прогуляться по набережной, и теплый весенний вечер очень располагал к такой прогулке. Закат уже угасал в огнях уличных фонарей. Толпы туристов активно фотографировались у фонтана на набережной, но меня что-то беспокоило, фетчи тоже как-то недобро нахохлились. Я почувствовал интерес к своей особе, и этот интерес мне не понравился. Это было что-то другое, словно за мной следили, откуда-то со стороны исходила враждебность, что-то зловещее.

Возможно, мне только показалось, что за мной медленно следовала черная машина. Преследование длилось недолго, и машина быстро исчезла.

В ходе своих работ, я конечно доставляю беспокойство отдельным личностям, и кое у кого из них возникает желание свести со мной счеты. Но теперь начиналось что-то еще. Кто-то, кто занимается тем же, чем и я, проявляет явный интерес к моей личности, и мне это совсем не понравилось.