Длинные тени грехов прошлых жизней

А я же потеряла всё, всё… руки опускаются. Мне кажется и эти деньги от квартиры в пыль рассыпятся. Как будто грех убийства на мне, а не на ней. Мне алкоголь помогает заснуть, забыться, иначе не могу уснуть, так начинает трясти от страха, такой ужас охватывает и сразу суицидальные мысли появляются.

– Не отчаивайтесь. Наладится всё, не сразу, не в миг на следующий день, но постепенно. Деструктивные программы за эти годы плотно сели в вашу энергетику, въелись уже. И удаление их как операция, опухоль удаляют, но идет период реабилитации и восстановления.

Не надо ждать чуда от взмаха волшебной палочки, у многих разочарования наступают от своих завышенных ожиданий. Нет таких всесильных магов и колдунов, а если были, то остались в далеких прошлых веках, их единицы и в наши дни. А многих из этой братии вообще можно назвать магуями, а не магами.

Она протянула мне список данных своих противников.

– Добавьте сюда еще своего мужа.

– Но он то каким образом здесь замешан?

– Опосредованно, вы с ним встречались уже в прошлом, и Люся здесь как-то связана.

Если мне понадобится что-то еще, мы созвонимся.

Я проводил Инну до остановки и двинулся в сторону набережной. Да, в июле от жары здесь всё начнет плавиться, розы, даже не успев полностью расцвести, приобретут унылый неухоженный вид. Город находится на одной широте с Сочи и Марселем, а вот пальмы и кипарисы здесь не растут. Всему виной холодное течение у берегов и зона вечной мерзлоты совсем рядом.

Они и дают жестокие своими морозами зимы.

– Молодой человек, – окликнул меня низкий женский голос, – молодой человек, вы не возражаете, если я составлю вам компанию?

Я оглянулся, высокая черноволосая женщина, лет сорока пяти, в форме капитана пограничной службы, стояла у фонтана, а невдалеке, у тополя топтался мой вчерашний наблюдатель, опираясь на трость.

– А вот и она, Людмила Кожемякина, собственной персоной – подумал я, и мои драуги тут же приняли боевую стойку, они почувствовали «еду».

Она явно была для них вкусной в плане отрицательных эмоций, которые исходили от Люси, ну что ж, пора и поговорить, а вслух произнес: – Присядем за столик здесь, на веранде кафе? Тени перголы и цветов больше располагают к дружеской беседе.

– Вы думаете, беседа будет дружеской?

– Ну, не станете же вы убивать меня на глазах праздной публики. И вообще, я против незаслуженного насилия.