Здравствуй, дочь!

Лера с интересом на них уставилась:

– Какое название смешное! «Обжора-хохотун»!

– Это Макс Фрай, – пояснил я. – У него, точнее, у нее, замечательные книжки. Дам тебе почитать, когда подрастешь.

Лера отвела взгляд и с решительным вздохом поставила свою книгу обратно на полку.

– Давай возьмем, – снова предложил я. – Это не подкуп, Лера. Это, если хочешь знать, моя инвестиция в будущее!

– Как это? – нахмурилась дочь.

– Ну, если ты будешь много читать, вырастешь очень умной и многого добьешься.

Значит, будешь, в свою очередь, баловать меня, когда я стану таким старым, что начну искать носки, которые у меня на ногах.

Лера не улыбнулась в ответ, но в глазах ее мелькнул проблеск озорства, дававший мне надежду.

– Ладно, – деланно вздохнула она и «Волшебник» опустился поверх «Обжоры-хохотуна».

Я поджал губы, чтобы скрыть улыбку. Моя первая, пусть и маленькая, но такая важная победа.

– А кто тебе больше всего нравится в этой сказке? – поинтересовался я, пока мы шли на кассу.

 – Мне – Железный Дровосек. Он умеет преданно любить, хотя физически у него нет сердца.

– Элли, – откликнулась на вопрос дочь. – Я бы хотела быть на ее месте. Чтобы у меня были такие же верные друзья.

Я потрясенно замер на месте.

– У тебя нет друзей? – попытался спросить как бы между делом.

Лера подернула в ответ плечиками:

– Мама говорит, что я умная, а таких многие не любят.

– Со временем все станет наоборот, – улыбнулся я.

Но на душе заскребли кошки. Мы были так похожи в своем одиночестве – отец и дочь…

– Я не знаю, как смогу ее оставить, – шепнула Тамаре, и голос мой сорвался.

Я сидела рядом с заснувшей Лерой. Она даже сейчас прижимала к себе объемную книгу, купленную ей Васнецовым, и видела десятый сон. Мои пальцы перебирали пряди волос дочери. Как часто я точно так же сидела рядом с ее кроваткой, гладила по голове и молилась, чтобы у моей малышки была жизнь, наполненная счастьем, покоем и умиротворением.

А главное – любовью. Всем тем, чего желают для своих детей все матери.

– Ань… может… все хорошо будет? – неуверенно спросила Тома, и я усмехнулась.

– Пока да. Дальше – вряд ли.

– Как у тебя вообще самочувствие?

Я прислушалась к себе, что делала в последнее время почти постоянно. Небольшая слабость, но это стало даже привычным. В остальном – все прекрасно.

– Хорошее, – заверила я подругу.