Здравствуй, папочка Мороз!

– А то, что за все время он на тебя и не посмотрел ни разу – не унизительно? – парировала Лина в ответ. – Да не бойся ты! Мы тебя так примарафетим, что Мельников сам на тебя накинется!

Похоже, возражать было просто бесполезно. Подавив вздох, я отдалась на милость рук Лины и ее сомнительного, как вскоре выяснилось, чувства стиля.

– Так, а теперь одежда! – объявила подруга, пресекая мои попытки повернуться к зеркалу.

Из шкафа полетели на кровать все имеющиеся у меня, весьма немногочисленные наряды, и Лина, неодобрительно поцокав языком, выудила из своей безразмерной сумки какой-то лоскуток ткани.

Им внезапно оказалась юбка.

– Так и знала, что пригодится! – торжествующе объявила она. – Надевай.

– Но она же совсем короткая… – пробормотала я, с ужасом глядя на кусочек атласной ткани, который едва был способен прикрыть мою задницу.

– Это корпоратив, детка! – объявила громогласно подруга. – Мы обязаны показать все твои достоинства! Давай уже, натягивай.

Я послушно надела на себя короткую узкую юбку и кинула на Лину выжидающий взгляд.

Вместо ответа мне в руку была сунута кофточка с огромным вырезом и туфли на высоченном каблуке.

Послушно облачившись во все это, я наконец повернулась к зеркалу и… замерла от ужаса.

Девушка, которая там отражалась, была кем угодно, но только не мной. Яркий макияж изменил лицо до неузнаваемости, мои от природы тонкие волосы приобрели какой-то несусветный объем.

Мне тут же захотелось все это с себя смыть, но остановила мысль – наверняка женщины рядом с Мельниковым будут раскрашены ничуть не хуже.

Да, это была совсем не я, но, может, именно это и требовалось, чтобы обратить на себя внимание такого мужчины, как босс?

Извечное женское желание понравиться мужчине, по которому сохла, толкнуло меня на то, чтобы выйти в таком виде из дома. И очень, очень зря.

Такси подъехало прямо к нашему бизнес-центру. Я неловко выбралась из салона на своих огромных каблуках и, кое-как пройдя к лестнице, споткнулась на первой же ступеньке.

Хотелось снять дурацкую обувь и, развернувшись, уехать обратно домой, но мысль о том, что где-то там, на верхних этажах высотки, может быть Мельников, заставила идти вперед. Конечно, я наверняка не решусь и близко к нему подойти, если только сам он не падет жертвой моей красоты, каким-то чудом заметив меня в толпе, но даже мысль о том, что смогу просто посмотреть на него издалека, согревала.