Бог играет в кости

А если… Если это весточка из прошлой жизни?

Воронцов встал, потянулся, отведя одну руку – правой рукой, как я заметил, он старался не шевелить. Подошел к окну… Ничего там, за окном, не было, кроме тухлого серого утра.

– Нам известно о вас всё! – заявил он не оборачиваясь. – За океаном вас «ждут» с распростертыми объятиями.

– Вы заблуждаетесь! Я… – он резко развернулся, и бросился на меня, как тигр.  Навис, сощурил хищные глаза и процедил.

– Я очень редко заблуждаюсь, мистер Мерфи, – я невольно вздрогнул.

Он заметил… – И еще реже ошибаюсь. Я чувствую, что с вами что-то не так, и мне чертовски хочется понять, что именно. Но если не выйдет, я не моргнув глазом отправлю вас за решетку! Терроризм – это так же безнадежно, как дорога на кладбище. Даже если вы не виновны… Мы, конечно, проведем независимое расследование, соберем улики… Затем, возможно, суд… Это может занять около двух лет. Так что думайте, мистер Мерфи.

Интересно, чего от меня хотят? Завербовать? Ну какой из меня агент… Я же ничего не понимаю в политике.

Никаких особенных тайн не знаю… Может, таким образом они хотят добраться до отца? А время уходит. Если я не успею на бой, Джафар этого не простит…

И отец. Если я не приеду… Представляю, чего ему стоило пересилить себя и позвонить.

***

– Здравствуй, сын.

– Папа?

– Ну разумеется. Приятно, что узнал.

– Что-то случилось? – мы не разговаривали два года…

– Твоя мать… Она умерла.

– ???

– Ты меня слышишь?

– Как… Как это случилось?

– Обстоятельства выясняются.

Похороны – через два дня. Ты должен приехать.

Он говорил скупо, будто каждое слово стоило денег. Так отец реагировал на несчастья: замыкался в себе и делал вид, что ничего особенного не случилось.

– Я… – никак не удавалось собраться с мыслями. – Ты же знаешь, я не могу.

– Она твоя мать.

– Да. Но… Ты же знаешь, в Нью-Йорке…

– Я всё улажу, тебя никто не тронет. Ты должен быть здесь как можно скорее! Вылетай ближайшим рейсом, – и он повесил трубку.

Я горько усмехнулся. Понадобилось несчастье такого масштаба, чтобы отец решился использовать свои связи для решения моих проблем… Сев на диван, я застыл.

Мамы больше нет. Это… Это так странно.

Вспомнил, как она улыбалась, когда мы виделись в последний раз. Щурила глаза – и к вискам тянулись тонкие лучики морщинок… Она спешила в университет: черная шляпа, клетчатая юбка, узкий жакет.