Распыление 4. Британский гамбит, или Дело Тёмного Лорда

А посланнику, тем более, такой просвещенной державы, как Россия…

– Было просто необходимо влиться в местное элитное общество, – закончил за неё Лумумба. – Я всё понимаю. Но тем не менее, когда мы с помощником – он бросил смущенный взгляд на меня – прибыли, в особняке никого не было. Кроме Его превосходительства, разумеется.

– Признаться, – леди Чейз заговорщицки подмигнула – я его немного побаиваюсь. А вы?

– В определенном аспекте, – туманно выразился бвана. И немного утомлённо продолжил: – Итак, вы танцевали с посланником…

– Да! Бал в честь дня рождения королевы, – оживилась барышня.

 – Скукотища. Цветы, подарки, чопорные вельможи… Только с Барсуковым и можно было отдохнуть душой. Он пригласил меня на вальс, мы немножко потанцевали… Затем немножко выпили – Барсуков был непривычно молчалив, мне показалось, его гнетёт какая-то забота, какая-то мысль. Потом мы отправились на второй тур, и только я хотела спросить: – колитесь, посланник, что за камень у вас на душе?.. Как он упал. В спине – кинжал, моя перчатка в крови.

– Так вы не видели, кто нанёс удар?

– Ну натурально! Там была давка. Вы не поверите, сколько народу посещает балы у королевы… На танцполе не то, что яблоко – блоха бы не проскочила.

– Ясно, – поджал губы Лумумба. – Значит, опросить свидетелей…

– Все скажут, что ничего не видели, – отмахнулась леди Чейз. – Понимаете, Англия. Все эти лорды, пэры и сэры не признают, что стали свидетелями убийства, даже если будут душить их жен. Причём у них на глазах.

– Стало быть, осмотр помещения…

Я, кажется, понял, почему так злорадствовал инспектор Страйк. Он заранее знал, что нас ждёт.

– А вот с этим я могу помочь, – решительно тряхнула кудряшками леди Чейз. – Так получилось, что у меня при дворе есть кое-какие связи, и… Я вас проведу. Только ночью. Вас устроит?

– Моей благодарности не будет предела, – чопорно кивнул Лумумба.

Я укусил свою подмышку: блохи замучили.

Когда леди Чейз удалилась, клятвенно пообещав, что будет ждать в два часа пополуночи у задней калитки Букингемского дворца, Лумумба снова переоблачился в халат, а меня, слава Макаронному монстру, превратил в человека.

Мог ведь и забыть…

– Эта женщина, – задумчиво сказал он, посасывая мундштук.

– Девушка, – поправил я. – Ей на вид не больше девятнадцати.

– Это называется деньги, падаван.

– В смысле?

– В том смысле, что леди Чейз выросла в холе и неге. Она не знает, что такое голод и холод.