Распыление 4. Британский гамбит, или Дело Тёмного Лорда

Лумумба, со своей стороны, с обеими познакомился – элегантно поцеловал ручки и расшаркался, включив обаяние на тысячу пятьсот вольт.

– Ликом чёрен и прекрасен… – восхищенно поделилась кухарка с горничной, когда обе проходили мимо меня по коридору.

Я увязался за ними – от кухарки вкусно пахло холодцом и свежим хлебом. Ах да… Во избежание коллизий меня опять превратили в пса. О каких таких "коллизиях" шла речь, наставник не упомянул, только бросил вскользь, что так со мной проще общаться.

Да я не в обиде. Во-первых: на кухне меня тут же накормили, и не чем-нибудь, а первоклассным борщом с обрезками мяса и размоченными в нём кусками хлеба.

Во-вторых – слуги меня совсем не стеснялись, что позволяло незримо присутствовать при разговорах.

Так я выяснил, что покойного Барсукова в доме любили, потому что был он свой, русский – не то, что эти чопорные англичашки. Приходил посидеть по вечерам в людскую – когда дела позволяли – любил немножко выпить в своей компании, и сыграть по маленькой в дурачка.

А еще с огородом помогал: под его хозяйским взглядом морковка из земли так и пёрла, так и пёрла.

Что леди Чейз – звали её, как выяснилось, Амалия, – бывала в особняке запросто, и очень интересовалась магией. В чём Барсуков ей в меру способностей помогал…

Что Вилликинз – тот ещё сморчок: ходит в таких же слугах, как и они, а нос дерёт, как благородный. Вот и накануне смерти Игнат Степаныча с самого утра куда-то запропастился, и ключи от сейфа в кабинете уволок – все с ног сбились, разыскивая, но ни ключей ни дворецкого так и не нашли…

И самое главное: под утро, после того, как покойного доставили в особняк и его освидетельствовал доктор, они, служанки, честно пытались остаться – негоже покойника одного бросать; но вдруг навалилась такая беспросветная тоска, да еще с головной болью, с ломотьём во всех косточках, что обе от греха ушли по домам.

Отлёживались целый день, и только сейчас, к вечеру, почувствовали силы вернуться на работу.

Последнее полностью подтверждало мою теорию о произведенном в особняке ритуале Аш'к-Энте, который требует большого количества жизненной силы.

Отсюда вопрос: как мог быть произведен ритуал, если слуги в это время были в доме?

Ответ: колдун воспользовался кровью, которая осталась на кинжале. Имея кровь жертвы, вовсе не обязательно присутствовать на месте лично…

Еще вопрос: где кинжал?

– Спишь, падаван?

Я так и подскочил. И вовсе я не спал… Так только, обед переваривал.

– Идём.