Сукины дети. Тот самый

Через тридцать секунд я решил, что на работорговцев не похоже. Пахло кофе. Слишком хорошим кофе, такой даже губернаторам далеко не всем достаётся.

Да и остальные шумы были уж очень обыденные, уютные: стрёкот ксерокса, гудение принтера, негромкие женские голоса, телефонные звонки… Как она там сказала? Агентство "Петербургские Тайны"? Экскурсии по двойному тарифу…

Натянув джинсы и просохшую рубашку, я отправился на разведку.

Распахнув дверь, я наткнулся на взгляд карих глаз в неимоверно длинных пушистых ресницах.

Взгляд был скептический, из разряда "а что это нам Шарик на порог притащил?"

– Здравствуйте, – брякнул я. Существо в ресницах и конопушках выглядело лет на семнадцать.

– Значит, Сашхен, – кивнув в ответ на приветствие сказало существо.

– Сашхен? – переспросил я.

– Шеф сказал, тебя так зовут, – существо поправило гарнитуру на волосах, и покрутило курносым носом. – Я Антигона.

– Очень приятно.

Девчушка смерила меня недоверчивым взглядом: старая клетчатая рубаха, джинсы с дырками на коленях, не первой свежести носки…

– Аналогично, – брякнула она так, словно только что проглотила горькую пилюлю.

 – Сашхен, кофе хочешь?

– Не откажусь.

– Тогда чапай за мной.

Девчушка повела меня сквозь анфиладу светлых комнат. Одна была оборудована под офис: столы с мониторами, факсами, ксероксами и еще какими-то бежевого цвета девайсами… Интересно, почему всё компьютерное красят в тошнотворно-бежевый? Он что, должен как-то успокаивать? По-моему, он навевает тоску.

Как бы намекает, что сделавшись офисным планктоном, ты обречён на вечные муки…

На полу стояли тяжелые кадки с настоящими на вид пальмами, шторы на окнах были собраны в гармошки – кажется, такие называют "римскими".

За столами сидели ещё две девицы: одна – в деловом костюме, но с ярко-синими, прямо таки купоросными волосами, вторая – готического вида, с чёрными дредами, в чёрной сетчатой майке, через которую проглядывали угрожающего вида трайблы, и глазами, настолько густо подведёнными, что делали её похожей на панду.

– Не обращайте внимания, – бросила Антигона девушкам за столами. – Шеф опять играет в Макаренко.

Девицы, скользнув по мне взглядами, вернулись к своим делам.

А когда-то меня считали симпатичным, – мысль резанула неожиданно больно. – На выпускном девчонки в очередь выстраивались, чтобы потанцевать… Да и в учебке, на обязательных балах, отбою не было от партнёрш.