Отравленное золото. Первые звоночки

IX

Неделя после первого совещания пронеслась галопом. Внутри каждого отдела кипели мозговые штурмы. Флипчарты расцвели схемами и рисунками разной степени художественности, а магнитные доски обросли цветными стикерами. Офис бурлил днем и ночью, но Эдуард на глаза не попадался, да и думать о нем было некогда, хотя Злата каждый раз замирала, прислушиваясь, если речь вдруг заходила о кадровиках.

Вечер пятницы подкрался внезапно, как дедлайн, и Злата охнула, увидев, что часы уже показывают полвосьмого. Пару дней назад Лера отдала ей пригласительный билет в частный киноклуб: в город «понаехали» родственники, и у нее внезапно организовался семейный уикэнд, так что сама она пойти не смогла бы.

По вечерним пробкам дорога до места могла занять больше часа, а Злате еще нужно было прихорошиться.

В офисе уже было тихо. Злата отключила компьютер, вскочила со стула, схватила рюкзак и помчалась в дамскую комнату. Там она быстро стянула с себя объемное худи, под которым таился стильный обтягивающий топ, подчеркивающий ее аккуратную грудь и талию.

Сверху она накинула короткую кожаную куртку, изъятую из недр рюкзака, а на ее место затолкала худи. Затем она вытряхнула косметику, которую захватила из дома по случаю выхода в свет.

Покончив с макияжем, она с военной точностью нашла и выдернула из своей «училкиной» прически все шпильки, аккуратно собрала их и ссыпала в косметичку.

Злата отступила подальше от зеркала – дамская уборная была очень просторной, там можно было и в бальном платье кружиться, но девушке в джинсах это не требовалось.

Она оглядела свое отражение, а затем резко перегнулась пополам, взбила руками волосы и выпрямилась.

Вот теперь действительно хорошо! Пора бежать.

Ей очень повезло – дороги были не перегружены, бог светофоров ей явно благоволил. Она приехала за пятнадцать минут до начала показа и даже успела пристроиться к столику с печенюшками и кофе. Злата как раз пыталась аккуратно съесть рассыпчатое курабье и запить его огненным кофе, когда над головой раздалось удивленное протяжное «Приве-е-ет!».

Печенье разломилось, посыпалось крошками на любимый топ и обрело покой в уютном декольте Златы. Пытаясь вытряхнуть дурацкие крошки, она повернулась на голос: Эдуард!

– Привет! – ответствовала она с набитым ртом. Крошки противно кололись, но, несмотря на это, Злата старалась сохранять достоинство и быть очаровательной. – Что ты здесь делаешь?

– У меня тот же вопрос, – улыбнулся Эдик.