Гроза над морем

На мгновение тишина оглушила, а затем в каюту капитана ворвались трое, и, оглянувшись в поисках хоть чего-нибудь, что могло сойти за оружие, Марта схватила со стола подсвечник и отступила в темноту.

…Выстрел почти в упор свалил молодого марсового на груду бухтованных канатов. Просоленные и твердые, они с размаху впечатались в ребра с левой стороны, и Эллиот почувствовал, что не хватает воздуха, а в груди пронзает острая боль. Почти сразу же кто-то оказался рядом, подхватив под руки, оттащил от канатов и уложил навзничь.

Проморгавшись и с трудом дыша от боли, Эллиот увидел доктора. Без лишних слов тот сорвал с него жилет, вылил несколько капель из фляги на рану, накрыл чистым отрезом ткани и сильно зажал, останавливая кровь.

– Пуля не вышла. Извлечем после, – тихо сказал он. – Дыши, Эл, слышишь меня? Выдохни эту боль, избавься от нее!

Марсовый послушно сцепил зубы, но ни вдохнуть, ни выдохнуть не получалось. Во рту появился железный привкус крови, вместо слов с губ сорвались только рваные хрипы.

Доктор встал на колени рядом, приник ухом к его груди, нахмурился…

– Дыши, Эл, давай же. Пуля сдвинется, если ты это сделаешь!

Рану страшно жгло от соли и спирта. Сломанное ребро болело, ныло и не давало вздохнуть. Неожиданно яркий свет накрыли длинные тени, и Эллиот закрыл глаза, но стоило на миг расслабиться, как он закашлялся, задохнулся, кровь вырвалась вместе с последним воздухом, потянулась из уголка рта к подбородку тонкой густой дорожкой. Оглушительный выстрел раздался совсем рядом, и Уолтер отпустил его, встал, закрывая собой, лицом к разбойнику.

– Он умирает. Нельзя добивать раненого, – глухо, но твердо проговорил он.

– Ты или святой, или дурак, – усмехнулся молодой моряк, с силой пнув сапогом безвольную руку Эллиота. – В море закон простой. Ты жив, пока стоишь на ногах. Все!

Следующий выстрел в упор стал последним. Резкий удар прожег насквозь, и небо померкло.

Уолтер обернулся одновременно с выстрелом и увидел, как молодой марсовый выгнулся от боли, взглянул вверх невидящими глазами и замер с кровавой дорожкой у рта.

Горячее дуло револьвера ткнулось в грудь доктору:

– Пойдешь с ним или со мной?

…Капитан Янис Миллс сразу понял, что здесь от его действий и работы команды зависит очень немногое. Силы были слишком неравны. Торговая шхуна осталась совсем без артиллерии, пираты продолжали огонь из мушкетов и ружей, оттесняя защитников корабля на нижнюю палубу и постепенно окружая.