Ничего личного

Чувствуется профессионализм и богатый опыт. Жизненный и вообще… Ну конечно, она же клиентов сама выбирает, профессионалка хренова! Она же на курорте, отдыхает тут от своей мерзкой работенки. На курорте можно представить себя даже непорочной девой в белых одеждах, грудь прикрывать целомудренно, отшивать всяких там зарвавшихся хамов. И при этом загорать без лифчика. Была бы она честной шлюхой, не скрывала бы так цинично свою сучью суть, послала бы его прямым текстом, он бы и ушел. Слова бы поперек не сказал, но она смотрела на Андрея, словно он пустое место, и поправляла свое гребаное полотенце, как королевскую мантию.

И Андрей разозлился.

– Ну, так как тебя зовут? – спросил требовательно.

Рыжая окинула его таким взглядом, что он удивился, как это море до сих пор не покрылось льдом. Могло запросто.

– Послушайте, я не хочу знакомиться с такими… – Она запнулась. – С кем бы то ни было не хочу. И с вами в том числе. Я достаточно ясно выражаюсь?

Куда уж яснее! Теперь можно уходить.

Вот только уходить не хочется. А чего хочется, Андрей еще и сам до конца не понял. Она же совсем не в его вкусе. Веснушки и шлюхи – не его тема. Тогда что же он так завелся? Словно только что, вот прямо сейчас, выдержал бой со Стариком. Шрам зачесался так сильно, как не чесался уже давным-давно, и Андрей поскреб щеку.

С дурацкой привычкой тереть шрам при малейшем волнении он боролся уже больше десяти лет. Это что же, выходит, он волнуется?! Быть такого не может! После Леночки Колесниковой его не волновала ни одна женщина.

Если, конечно, не принимать во внимание чистую физиологию, но физиологией тут и не пахло. Его организм никак не реагировал на рыжую. На нее реагировал мозг. И еще как реагировал! Болезненно, как на ноющий зуб…

Андрей снова почесал шрам, а потом увидел Сему, который неспешной походкой шел по бережку. Значит, сподобился оторваться от своей богини. Или, может, крем для загара закончился?..

…Громила, пострашнее бритоголового, медленно, но неуклонно приближался.

Гора мышц, кривые ноги, длинные руки, квадратная башка. Вот повезло так повезло! До ближайших соседей кричать – не докричаться. Мало ей одного неандертальца, вот и второй поспешает. Катя на всякий случай покрепче вцепилась в полотенце.

– Сколько ты хочешь? – будничным тоном спросил бритоголовый.

– Простите? – Думать сейчас Катя могла только о том, что она одна, а этих… неандертальцев уже двое и до соседей не докричаться.