Хрустальное сердце

Свои доводы она изложила на обрывке тетрадного листка, подсунула его подруге. Ленка бросила быстрый взгляд на записку, нетерпеливо фыркнула:

– Ничего не забылось! Есть такая вещь, как моторная память. Начнешь работать – все сразу вспомнишь. А ноутбук тебе давно нужно было купить, не такой он нынче дорогой. Я брату скажу, он поможет подобрать нормальный, чтобы толковый, но без излишеств. Долларов за четыреста.

Лиза отрицательно покачала головой, с четырьмя сотнями баксов расставаться не хотелось.

– А может, и дешевле найдем, может, бэушный какой, – не унималась Ленка.

 – Тихомирова, не жадничай! Это ж твое орудие производства. А давай вот прямо сейчас по объявлению позвоним и спросим, сколько они будут платить за работу? – Не дожидаясь ответа, она потянулась за телефоном.

Разговор с невидимым собеседником длился минут пять. Лиза пила кофе, старалась не вслушиваться.

Четыреста долларов. Когда она сможет их отработать? И сможет ли вообще? Что это за работа такая – по набору текста? Может, лучше уборщицей?.

.

– Даже не думай! – грозно сказала Ленка, словно прочтя ее мысли. – Я уже обо всем договорилась. Слушай…

Из Ленкиного рассказа выходило, что платить Лизе будут не так чтобы очень много, но на первое время должно хватить. А там она руку набьет, научится печатать быстро, будет брать большие объемы и зарабатывать соответственно тоже больше.

– Это ж не работа, а золотое дно! Клондайк! – сообщила подруга. – Иван Семенович, ну, тот, с кем я разговаривала, писатель.

Представляешь, писатель!

Писатель? Вот уж интересно, откуда в их провинциальном городишке взялся писатель?

– Он, правда, пока непризнанный, но очень перспективный. И не нужно так скептически улыбаться, он, если хочешь знать, всю свою сознательную жизнь пишет. Но даже не это главное. – Ленка многозначительно помолчала. – Главное, что пишет он исключительно от руки. Ну не признает творческий человек всякое там «железо»! А кому сейчас нужны рукописные тексты! Всем подавай электронку.

Вот и решил наш Иван Семенович перевести свои творения в электронный вид.

«Сколько всего творений?»

– Я ж тебе говорю – человек пишет всю сознательную жизнь. Сказал – пятнадцать романов. Каждый по четырнадцать-шестнадцать авторских листов.

«Это как?»

– Один авторский лист – это примерно двадцать машинописных страниц. Ну, как думаешь, за сколько дней ты двадцать страниц сможешь осилить?

Лиза растерянно пожала плечами. Наверное, за два дня осилит.