Старинный орнамент везенья

 – Липа сделала театральную паузу. – Это мой пентхаус.

– Твой?!

– Наш с тобой.

– Олимпиада, я ничего не понимаю. Я требую объяснений!

И она объяснила, с превеликим удовольствием: и про неизвестного благодетеля, и про счет в банке. А Олег все равно не поверил. Пришлось показывать ему документы, а потом еще очень долго убеждать, что бумаги не фальшивые и что все это не розыгрыш. Липа хорошо понимала своего мужа. Она ведь и сама поверила далеко не сразу…

…Это была самая волшебная ночь в ее жизни. Свечи, зажженный камин – огонь в нем действительно потрескивал как настоящий, – джакузи и спальня, сквозь огромное окно которой видны звезды.

И Олег, нежный, страстный, влюбленный…

Та ночь положила начало их медовому месяцу. У них ведь не было медового месяца. Была совсем не торжественная, а какая-то будничная роспись, вечер в кругу друзей… Комендант общежития милостиво предоставил им Ленинскую комнату: обшарпанную, неуютную, со строгими ликами вождей пролетариата на стенах. Вождей замаскировали плакатами с поздравлениями новобрачных.

Красное сукно на столах заменили на белые крахмальные скатерти, комнату украсили воздушными шарами, и получилось довольно мило. Но праздник очень быстро закончился, и как-то сразу начались прозаичные будни: у Липы – выпускные экзамены, у Олега работа. В общем, медовый месяц не случился.

И вот, спустя четыре года, они взяли реванш. Липе казалось, что жизнь только начинается, что все у них теперь будет просто замечательно. И можно, наконец, подумать о ребенке.

В такой огромной квартире неуютно без детей.

Это случилось ровно через сорок шесть дней. Олег вернулся домой пьяный. Не выпивший, не навеселе, а именно пьяный. Такого за ним отродясь не водилось. Липа всполошилась: если муж напился, значит, у него неприятности. Может, что-то случилось на работе? У него ведь такой придирчивый начальник…

Она ошиблась. Неприятности у Олега, как оказалось, не на работе, а в семье. Хотя, может быть, это и не неприятности вовсе, а так, досадное недоразумение.

У досадного недоразумения было имя – Олимпиада Витальевна Мартьянова. Недоразумение мешало Олегу творить, прогоняло вдохновение, обрезало крылья и вообще достало его хуже пареной репы. Он терпел-терпел и не вытерпел. Он устал наступать на горло собственной песне. Рядом с ним должна находиться чуткая, тонко организованная душа, способная оценить и поддержать. А не недоразумение, приземленное, примитивное и… уродливое.

Он так и сказал – уродливое.