Вранова погоня

Диагнозы помнил, ход операции помнил поминутно, а самих пациентов – нет. И когда на улице к нему бросались на шею незнакомые люди или совали в руки подарки, дорогущие вискари, деньги, он сначала терялся, впадал в ступор, а потом начинал злиться. Чужая благодарность – это такое тяжелое бремя, это ответственность за того, кто благодарит, какие-то непонятные обязательства. Никита такое не любил. Не любил и всеми силами старался избегать. Поэтому и у коллег, и у пациентов считался хирургом от бога, но со странностями.

А девочку они спасут! Считай, уже спасли! Реанимация, реабилитация – вот что ее теперь ждет. И путь этот нельзя назвать легким, но жить она будет и не станет седьмой в его списке…

– Доктор, ну что?! – В коридоре к Никите бросились сразу трое: главврач районной больницы и, наверное, родители. Отец расхристанный, взмокший, несмотря на жару, одетый в строгий костюм. Мать в домашнем халатике, со следами наспех стертой фруктовой маски на заплаканном, смертельно бледном лице.

Все они смотрели на Никиту такими глазами, что он в который уже раз порадовался, что девочка не станет седьмой.

– Операция прошла успешно, – сказал коротко, а потом, увидев, как замерла, затаив дыхание, мать, крепко сжал ее загорелый локоть, продолжил уже другим, человеческим тоном: – Ваша девочка будет жить.

Наверное, он сказал самое главное, именно то, что эти двое хотели услышать, потому что женщина сразу же обмякла, задышала часто, по-собачьи. Но тут подоспел главврач, сунулся с бутылкой холодной минералки.

Явно холодной, с запотевшими боками. Теперь уже часто задышал Никита, на бутылку посмотрел с вожделением.

– Спасибо! – Мужик в костюме уже тряс Никитову руку, левый глаз его нервно дергался. – Я же правильно понял, с Милочкой все будет хорошо?

– Милочка будет жить и, скорее всего, со временем полностью оправится.

– Слышите?! Слышите, Максим Дмитриевич! – Одной рукой главврач продолжал поддерживать мать, а второй успокаивающе хлопал отца по плечу.

 – Я же вам говорил! Я же говорил, что у Никиты Андреевича золотые руки, что он лучший в области!

– Я хочу ее видеть… – Женщина снова рвалась к Никите. – Доктор, можем мы ее увидеть?

– Не сейчас.

– Я потом провожу вас в реанимацию, – пообещал главврач.

– Спасибо, – снова повторил мужчина в костюме. – Я мэр… мэр этого города. Милочка – моя дочь.

– Очень приятно. – Ему не было приятно, ему хотелось ледяной минералки и на волю.