Непобедимая буря

За гребнем елового леса краснела заря, и от косого восточного света блестела перламутром молодая трава.

Роща переполнялась птичьим многогласием, вдали куковала кукушка. Дмитрий, в приталенном коричневом фраке, подсвистывал соловью. Его артуазская гончая то исчезала в доннике и лопухах, то возвращалась к ноге хозяина.

– Когда ты успел завести собаку? – поинтересовался Василий.

– А, это соседка… Она большая любительница… вот и порекомендовала… подарила, вернее. Словом – ей весьма хотелось, чтобы я имел собаку.

., – Дмитрий улыбнулся и посмотрел на верхушки берёз. – Я тебе вчера рассказать не успел… Нельзя, нельзя, Ремус, ко мне! (Собака зарычала: учуяла мышь в траве).

– Ты женишься? – Василий сдвинул восточно-чёрные брови.

– А что ты об этом думаешь?

– «Легче умереть за женщину, чем жить с нею».

– Это, кажется, лорд Байрон сказал? – Дмитрий вскинул голову. – И ты с ним согласен! Но почему? Ведь только любовь к женщине делает мужчину мужчиной!

– Кроме влечения, мой дорогой, должна быть ещё совесть.

И рассудок, – Василий обнял брата за плечо.

Четыре года тому назад оставался в имении Дмитрий мальчишка мальчишкой на попечении покойного ныне деда. И вот уж говорит, что он мужчина. И влюблён.

– Да у тебя-то что было? Там, в твоей Европе.

Что было?..

Альпы, замки, монастыри. Рейн, романтизм. Разочарование…

– Против любви я ничего не имею… однако, – вздохнул Василий. – Помнишь ли ты… Помнишь, я писал тебе из Швейцарии о моих отношениях с одной француженкой – Аделин?

– Ну! Осенью пятнадцатого года это, кажется, было.

Ты ведь был в неё влюблён?

– Увлечён… Покуда не узнал о ней одну ужасную вещь…

– Какую?

– Она была замужем.

– О-о-о! – Дмитрий тормознул каблуком на мягком бархате полевицы.

– Муж её преспокойно жил себе в Лионе, занимался делами. А Аделин преспокойно путешествовала по Европе одна. С подругами – такими же, как она…

– Какими?

– Я писал тебе, как мы познакомились? Однажды на балу в Женеве Аделин подошла ко мне и сказала: «Мне так понравился танец с вами.

Не хотите ли прогуляться на лодке по озеру?»

– Вот так… сама, прямо, и сказала?

– А что? Супруг её прекрасно был осведомлён о её дружбе с другими мужчинами. И даже одобрял её похождения.

– Не может быть.., – Дмитрий облизнул губы сухим языком.

– Там это обыкновенно. Понимаешь, Дмитрий? Обыкновенно! Носить рога – и не называться рогоносцем! А знаешь, почему? Они стремятся к равенству женщин и мужчин.