По ту сторону лжи

 – так вы не знали… ну конечно, срок ещё маленький… Вы беременны, Анна, шесть недель, и вам нужно как можно быстрее принять решение будете вы рожать, или прерывать беременность. Исходя из этого я назначу вам лечение, хотя я бы вам настоятельно рекомендовал…

Доктор ещё что-то говорил, а в моей голове уже не было места для других слов и мыслей, кроме одной: ребёнок! У меня будет ребёнок, малыш, маленький родной человечек, которому я буду нужна, который будет любить меня, никогда не предаст и не бросит.

А я сделаю всё, чтобы он был счастлив…

Откуда-то издалека до меня доносился голос доктора:

– И постарайтесь с этим не затягивать, так как прерывание беременности на раннем сроке…

Мне показалось, что я ослышалась настолько дико прозвучали эти слова, я даже приподнялась от негодования:

– Вы в своём уме? Как вы можете мне такое предлагать?

Виктор Николаевич, кажется, совсем не удивился моему гневному выпаду, только устало улыбнулся.

– Ну вот и славненько, значит будем рожать.

Я всё еще была на него сердита, и мой ответ прозвучал немного угрожающе:

– Не знаю как вы, а я точно буду, и больше ничего не хочу слышать о прерывании беременности! – тут я увидела глаза доктора: они смеялись, откровенно смеялись, похоже это был его коварный замысел, разозлить меня, ведь всем известно, что злость придаёт силы! Тоже мне, тонкий знаток человеческой души! Я его, оказывается, недооценила: от усталости в его глазах не осталось и следа, там теперь плясали весёлые искорки.

 – А вы психолог, доктор!

– Ну что вы, Анна Михална, моя специализация – общая терапия. Ну так что, обещаете выполнять все мои рекомендации?

– Обещаю.

– Я назначу лечение, недельки две мы вас понаблюдаем, а там посмотрим. – он встал и пошёл к двери. – Да ещё, сообщите отцу ребёнка, вам сейчас нужны только положительные эмоции и поддержка близких.

Я кивнула, не желая развивать эту тему, и снова недооценила его проницательность.

Виктор Николаевич постоял немного, сканируя меня глазами, в два шага преодолел расстояние от двери до кровати, снова сел на стул и решительно заговорил:

– Послушай, девочка, я не знаю что там у тебя с твоим парнем произошло, но ты не можешь, не имеешь морального права не сказать ему о ребёнке. Просто поставить в известность, понимаешь? Что он там решит, это уже другая история, но он должен об этом знать.