Папой будешь? Катюша против всех!

Карина, я просил тебя подготовить отчет по кредитным выплатам за прошлый год. Рассказывай быстро и разойдемся!

Брюнетка замерла и несколько раз хлопнула глазами. Саша чуть не выругалась. Если Серов по какой-то причине хотел помочь, то сделал только хуже, ведь ей это распоряжение никто не передавал.

– Эм, – Карина обвела глазами переговорную.

Дураку было понятно, что коза с золотыми копытцами решила найти себе козла отпущения. Из всех присутствующих на эту роль идеально подходила только Саша Зимина.

– Александра, давайте отчет, – вытянула вперед холеную ручку, ожидая, что несуществующий отчет упадет в нее с небес, не иначе.

– Его нет.

А что еще делать? Подойти к Каверину, достать его “волшебную палочку” и наколдовать отчет? Вряд ли кто-то из присутствующих оценит сей перфоманс. Хотя, если верить слухам о Серове, шанс на аплодисменты маленький, но все-таки есть.

– Как нет?! – взвизгнула Карина и прижала руки ко рту.

“Дайте Оскара!” – подумала Саша, но вслух ничего не сказала.

За месяц она поняла одно, если финдиректор начинает орать, это надолго. А у неё нет времени, нужно как можно быстрее ехать домой! Она итак с трудом держала под контролем тревогу, путающиеся мысли и дрожащие руки.

– Боюсь, Карина Станиславовна, вы не передавали мне такого распоряжения, – ответила подчеркнуто вежливо.

Не помогло. Карина набрала в грудь побольше воздуха и выдала:

– Что?! Да вы! Я вас уволю! Вы не выполнили мое распоряжение! Что это за руководитель вообще?! – бесновалась гламурная реактивная козочка.

 – Безответственность! Сегодня же заявление мне на стол и чтобы духу твоего я здесь не видела!

Все, что могла сделать Саша это смотреть на истеричку и ждать, пока Моська охрипнет. Да, их новому коммерческому директору образ мелкой брехливой собачки подходил намного лучше. Козы просто не умеют так орать.

Мужчины – они же слоны – смотрели на Моську с видом искреннего недоумения и тренировали вселенское терпение, не спеша прерывать тираду.

Саша даже не удивилась. Дождешься от них защиты! Хотя Каверин  мог бы и поспособствовать, все же предложение делал, на одном колене стоял. Вот и вся любовь. Ах Моська! Знать она сильна, коль у папули дохрена бабла.

Вот только Саша не была слоном, да и особым терпением не отличалась.

“Какого черта я здесь сижу и позволяю лить на себя помои? Мне надо к дочери, остальное хрень!” – такая простая и понятная мысль разрушила остатки самоконтроля.