Лесная сказка

Мы уже свернули в ельник, как он вдруг раскрыл рот:

– Так вам нисколько не жаль бабочку?

Ежу понятно, что «вам» – это не мне и Л., а только Л. Кому я нужна с моим мнением? А Л. ответила, только не про жалость:

– Всем нужна своя порция холода.

Мы с ней как раз говорили о том, что в нашем климате и растениям, и животным холод нужен, они так привыкли. А жалеть их глупо, они начали жить на Земле задолго до нас и получше нас это умеют. Я бы на месте этой бабочки концы отдала…

Л. с Логиновым разговаривала так же строго, как с Волчком.

Только Длинный не отстал:

– А туда вы зачем? Эти ели тоску нагоняют, а вы и так грустная.

Олька сто пудов начала бы отшучиваться, а Л. не стала:

– Грусть – это самое умное чувство. Зачем себя от него оберегать?

И он не нашел, что ответить, она все-таки и его спровадила. А может, она и правда невеста олигарха?

И какой странный это был разговор. Никогда не слышала, чтобы взрослые так серьезно говорили о елках и бабочках.

Мы забрели в бурелом с корягами и вывороченными корнями и повернули обратно.

И вдруг одновременно, как бабочку, увидели кошку! Она пробиралась между деревьев, по присыпанной снегом поляне, и ее было отчетливо видно. Это я к тому, что она не померещилась. Такая крупная серая кошка с темными полосками. Она на мгновение скрылась за стволом – и тут же из-за этого ствола появился старик! Как будто кошка превратилась в старика, потому что она исчезла! Мы ее больше не видели. Только следы, кошачьи и человечьи. И старик сразу затерялся среди деревьев, хотя лес прозрачный и видно далеко во все стороны. И странный такой старик, с бородой, одет как будто во что-то старинное. Мы с Л. переглянулись, и я убедилась, что были и кошка, и старик, потому что Л. предположила:

– Оборотень? Леший?

А здесь становится интересно!

Скатерть-самобранка

Лиза вошла в ресторан, оформленный под бревенчатую избушку, и уже привычно двинулась к столику в углу… Но столика не было.

– К нам, к нам! – Алла в ярко-розовой облегающей кофточке жизнерадостно махала, привстав из-за длинного стола, за которым разместились все обитатели их коттеджа.

 – А мы тут решили сдвинуться, чтоб повеселее, вы ведь не против?

Весело было только ей, ее мужу – впрочем, тот скорее радовался рыбной закуске с салатами – и еще молодому человеку с хвостиком. Сестры Майские не веселились: старшая вполголоса выговаривала младшей, та с непроницаемым лицом ковыряла вилкой в тарелке.